Всё для Учёбы — студенческий файлообменник
1 монета
doc

Студенческий документ № 060959 из ГИТИС

голубой - этот цвет - правка смысловая моя

56000зн. Параша

с и б и р я ч к а.

Русская быль.

ПОСВЯЩЕНИЕ ДОБРОЙ СЕСТРЕ МОЕЙ,

КАТЕРИНЕ АЛЕКСЕЕВНЕ АВДЕЕВОЙ.

Сестра, сестра! и в жизни есть мгновения,

Когда за скорбь, за слезы, за мечты,

Погибшие в тоске, без разделенья,

За все, за все, в обитель суеты

Слетает к нам посланник Провиденья:

Он голос сердцу, речь дает устам;

Он, как младенцу, тихо шепчет нам...

И речи те сердцам людей понятны:

Искусства нет - душа в них говорит;

Они поймут те речи благодатны

И с ними нас слеза их примирит,

И слезы те и тихи и отрадны.

Блажен, кто их сердцам людей внушал -

Не даром он и жил и здесь и страдал!

Когда моей Сибири отдаленной

Изображал раздолье я степей

Леса, пустыни, девы вдохновенной

Святую мысль и подвиг - и Царей

Любовь и благость... И Тебя, Благословенный...

О, голос мой не тщетно слышен был -

В сердцах других он отзыв находил.

Я видел: дочь Владыки полусвета,

Прекрасная, как Божья благодать,

Как светлая, святая мысль поэта,

Явилась нам страданью сострадать,

И плакала, как чистый ангел света...

В тот светлый миг, как я благоговел -

Я говорить не мог и - не умел...

Те слезы, дар святого Провиденья,

Душа моя, как чистый перл, хранит;

Их не отнимут люди и волненья,

И скорби - и ничто, ничто не истребит...

Сестра, сестра! и в жизни есть мгновенья

Прекрасные, кто на земле их знал,

Не даром тот и жил здесь и страдал!

17-го января, 1840.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА.

В ПЕРВОМ ДЕЙСТВИИ.

Неизвестный, ссыльный в Сибирь

Жена его г-жа Асенкова

Прохожий

Несколько Тунгусов

ВО ВТОРОМ ДЕЙСТВИИ.

Екла Федосеевна, чиновница-вдова, живущая в Москве

Танюша, дочь ее

ФедорГригорьевич Писулькин отставной секретарь

Григорий Петрович Добров, помещик, приехавший в Москву

Леонид, молодой помещик, сосед его

Прохожий

Параша Слепая старуха

Внук ее 1 }

2 } - говорящие из народа

3 } Один из народа

Солдаты и народ.

В ЭПИЛОГЕ.

Неизвестный

Жена его

Параша, дочь их

Леонид Капитан-исправник

Первое действие происходит в Сибири; второе

в Москве, в 1801году; эпилог в Сибири.

Представлена в первый раз в Санкт-Петербурге, на Александрийском театре, в бенефис г-жи Асенковой, 17-го января 1840 года.

ДЕЙСТВИЕ I

Мрачный лес. Снег на деревьях.

ЯВЛЕНИЕ 1

Несколько тунгусов сходятся на сцене, с рогатинами и дубьем.

ПЕРВЫЙ (кличет). Эй! эй!

ВТОРОЙ (отзывается). О! о!

ПЕРВЫЙ. Ну, что, тоён? Пойдем, где русский?

ВТОРОЙ. Он придет. Труби! (Трубят в рог.)

ЯВЛЕНИЕ 2

НЕИЗВЕСТНЫЙ, идет из леса, с оружием.

ПЕРВЫЙ ТУНГУС. А, бачка! Здорово, здорово!

ВТОРОЙ. Мы готовы. Пойдем!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Хорошо ли вы знаете дорогу?

ПЕРВЫЙ. О, как же! Руками возьмем... только, смотри - не сробей, бачка!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А что?

ПЕРВЫЙ. Видишь: миша уж такой... О, такой большой тоён - мы уж того - знаешь... поставили бурхану большую подачку...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Так стало медведь велик?

ПЕРВЫЙ. Да, кажется, такого еще мы и не видывали! Как заревет, так вот жилки, бачка, дрожат. Наш Хочка не пойдет с нами.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Что? Струсил? Этакой удалец?

ПЕРВЫЙ. Нет, не струсил, а что-то понездоровилось ему, так схватило... (Смеется.) Лежит в юрте, да охает. Не сробей, бачка, смотри!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Не бойся - мы и без Хочки управимся.

ПЕРВЫЙ. О, про тебя, что и говорить! Твоя винтовка еще никогда не давала промаха, да уж и кто не дивится тебе! И откуда у тебя удаль берется? Ты настоящий старинный Тунгусский богатырь: тебе, кажется, смерть родная тетка; так не боишься ты ее, что вот...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Полно болтать! Идите, я за вами! Ведь сюда идти, налево?

ПЕРВЫЙ. Вон туда; там, через чащу, да в долину, а там большая падь...

НЕИЗВЕСТНЫЙ стоит задумавшись, опершись на ружье. Тунгусы уходят.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Смерть тетка... Нет! Она мне мачеха, что до сих пор я жду и не дождусь ее. Нейдет, проклятая! А, кажется, я ищу ее так давно и так прилежно. Смерть! Тунгусский богатырь! Ха! Ха, ха! Бедняки не понимают, что тот, кто не боится смерти, разумеется, не струсит идти на медведя. (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ 3

ПРОХОЖИЙ (выходит и останавливается, опираясь на костыль). Какая дикая пустыня! Куда это я зашел? Тут нет и слуха человеческого жилища! Кажется, надобно было идти с перекрестка влево? Или я ошибся от того перелеска в метель. Лес, снег, ни пути, ни дороги. Но, вот, кажется, следы человеческие. Сохрани, Господь, уповающих на Тебя! Силы мои истощились; голод и жажда мучает меня. С самого рассвета блужу я по сугробам.

ЯВЛЕНИЕ 4

ПРОХОЖИЙ И ПАРАША.

ПАРАША (идет, напевая песню, и несет ведро на коромысле).

Заря, зоренька.

Сестра солнышка!

Ты румяная раскрасавица,

По поднебесью зарумянилась!

ПРОХОЖИЙ. Что это? Русская песня! Кто эта девушка? Она уходит! Стало, здесь есть где-нибудь близко жилье? Эй, послушай, милая, красная девица!

ПАРАША. Что это за старичок?

ПРОХОЖИЙ. Помогай Бог, милая!

ПАРАША. Благодарю. Откуда ты, дедушка?

ПРОХОЖИЙ. Прохожий странник, милая. Что ты глядишь на меня? Неужели боишься? Я не злой человек и христианин.

ПАРАША. Я и не боюсь тебя, да мне чудно, как ты сюда зашел?

ПРОХОЖИЙ. Сбился с дороги. Сегодня утром, помнишь, поднялась было такая метель, что я думал, запропаду в ваших лесах.

ПАРАША. А куда же ты идешь, дедушка?

ПРОХОЖИЙ. Идти мне еще далеко, а иду я на свою сторону.

ПАРАША. Далеко ли твоя сторона?

ПРОХОЖИЙ. Слыхала ли ты о городе Киеве?

ПАРАША. О Киеве? Где Печерская обитель, где река Днепр и князь Владимир крестил Русь? Ах, как не слыхать!

ПРОХОЖИЙ (про себя). Она знает Киев! (В сторону.) А кто же тебе рассказал, милая, о моем Киеве, моей Родине?

ПАРАША. Матушка сказывала мне и о Киеве, и о Москве, в которой сорок сороков церквей православных.

ПРОХОЖИЙ. Стало, твоя матушка там бывала? А кто твоя матушка?

ПАРАША. Зовут ее Павла Павловна, а батюшку Александр Григорьевич.

ПРОХОЖИЙ. Так видно здесь есть селение? Вы здесь и живете? В этом лесу?

ПАРАША. Селения нет, а мы здесь живем - вот, тут, за лесом, наша избушка. Не хочешь ли отдохнуть? Мы тебе будем рады; у нас редко гости бывают.

ПРОХОЖИЙ (тихо). Верно, какой-нибудь несчастный ссыльный! (Вслух.) А Тобольская дорога близко от вас?

ПАРАША. Недалеко.

ПРОХОЖИЙ. И вы живете здесь одни?

ПАРАША. Нет, подле нас, вот там, живут еще Тунгусы, а там вон Остяцкая деревня. Пойдем, дедушка, я проведу тебя; ты отдохни, а там батюшка укажет тебе дорогу и проводит тебя.

ПРОХОЖИЙ. Благослови тебя Господь! (Они уходят.)

ЯВЛЕНИЕ 5

Бедная хижина; скамейка, столик. В стороне занавеска

отделяет часть хижины

ЖЕНА НЕИЗВЕСТНОГО И ПАРАША.

ЖЕНА (входя). Смеркается, а отец твой все еще не воротился. Боже мой! Где-то он теперь!

ПАРАША. Бог сохранит его, милая матушка. Он сказал, что пойдет на охоту с добрыми нашими знакомыми, Тунгусами. Они вчера приходили к нему и долго что-то с ним говорили.

ЖЕНА. Ах! Параша!

ПАРАША. Ты опять станешь плакать, милая матушка! Полно, мне и самой становится грустно. Ты, было, так развеселилась, слушая рассказы этого старичка.

ЖЕНА. Развеселилась! Я и теперь весела, мой друг, а как послушала, что он говорил, и вспомнила, как молода бывала...

ПАРАША. Ты и теперь еще моя молодая красавица, матушка! Я как на тебя погляжу, так мне весело и радостно становится! Да, и о чем нам печалиться? Все у нас есть: ты, слава Богу, теперь здорова и батюшка стал от того повеселее. А вот опять придет весна - Бог опять украсит цветами луга и долины, мы опять пойдем в лес собирать ягоды, да грибы - и нам будет так весело - я стану петь тебе любимые твои песенки. Полно. Не грусти, матушка!

ЖЕНА. Добрая моя Параша! А что наш гость?

ПАРАША. Он теперь отдыхает. Ах, матушка! Какой он добрый и ласковый, и как он хорошо говорит! Послушай, матушка: ведь я почти людей не вижу, кроме того, как проезжает здесь наш исправник, Игнатий Ферапонтович, когда собирает казенный ясак. Вот и он такой добрый, как этот старичок: стало, матушка, верно, все люди добры, которых Бог создал?

ЖЕНА. Да, все люди добры, милая.

ПАРАША. Так, послушай, матушка: для чего же не живем мы с другими людьми? Для чего живем мы одни в этом лесу?

ЖЕНА. Разве тебе здесь скучно?

ПАРАША. Нет - оно не то, что скучно, с тобой и с батюшкой мне скучно не будет, а иногда мне думается, что там, с людьми - также не скучно. А особливо, когда слышу я о больших городах, о Киеве, о Москве. Мне хотелось бы поглядеть на тамошние высокие домы, на тамошних девушек.

ЖЕНА. Может быть, Бог даст, ты и будешь там.

ПАРАША. Да ведь только с тобой и с батюшкой, милая - без вас я не поеду туда - лучше останусь здесь, в нашем лесу; не правда ли, что и ты поедешь со мной туда?

ЖЕНА. Я? Туда? (Тихо.) Боже мой! Она терзает мое сердце!

ПАРАША. Ах, как будет это весело и хорошо! Мы там увидим столько диковинок, столько людей - столько подруг найду я.

ЖЕНА. Полно, полно! Поди-ка, позаботься об ужине. Отец скоро должен воротиться.

ПАРАША. Постой - я спрошу у него: когда поедем в Москву?

ЖЕНА. Параша, друг мой! Что ты говоришь! (Слышны голоса.) Ах, вот и отец твой!

ПАРАША. Батюшка! (Бросается к нему.)

ЯВЛЕНИЕ 6

ТЕ ЖЕ И НЕИЗВЕСТНЫЙ.

НЕИЗВЕСТНЫЙ (тащит шкуру медведя). Постой. Постой. Параша! Вот я принес тебе подарок на шубу.

ПАРАША. Ах, какой славный мишка! А, разбойник, даром, что силен был, да попался. Ну, милый батюшка, благодарю, благодарю. Да, ты я думаю, устал? Сними с себя доху, положи ружье. Мы тебя ждали, ждали.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ждали?

ПАРАША. Да! Не хочешь ли ты выпить, съесть чего-нибудь?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Нет! Я думаю и до ужина недалеко. А поди-ка поднеси по чарке вина моим товарищам - они мне славно помогали.

ПАРАША. Сейчас! Я ведь их знаю; поздороваюсь с ними по-тунгусски: салам алык, тоён. (Бежит вон.)

ЯВЛЕНИЕ 7

НЕИЗВЕСТНЫЙ И ЖЕНА ЕГО.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Милая Параша! (Жене.) Ты опять плакала?

ЖЕНА. Нет!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Я вижу по глазам. Чтo, разве еще что-нибудь сделалось?

ЖЕНА. Ничего. (Молчание.) Ты еще ходил за медведем. Ты не слушаешь меня. Видно, жизнь тебе недорога и мои просьбы потеряли в твоих глазах всю цену.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Видишь - я воротился здоров. (Он встает и ходит.)

ЖЕНА. Ты не подумаешь...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Полно! Я хотел бы совсем разучиться думать, и прошу тебя избавить меня от упреков и слез! Неужели кто у нас из соседей?

ЖЕНА. Я и забыла тебе сказать, что у нас теперь гость.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Какой гость? Человек?

ЖЕНА. Конечно, не медведь.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Кто такой? Зачем зашел он к нам?

ЖЕНА. Прохожий странник. Он, по обещанию, пешком ходил в Мангазею, в тамошний монастырь.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Какой-нибудь бродяга!

ЖЕНА. И теперь возвращается на родину, в Киев.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. На родину! У него есть родина? Он возвращается туда?

ЖЕНА. Что с тобой сделалось?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ничего, ничего! Да зачем зашел он к нам? Разве мимо нас дорога?

ЖЕНА. Он сбился с пути во время метели утром, и Параша встретила его в лесу, когда пошла за водою.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Не замерз, небось, в лесу!

ЖЕНА. Такой добрый, почтенный старичок. Как он благодарил нас, сколько нам рассказывал... и о Киеве, и о Москве.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. И при Параше?

ЖЕНА. Да, мы обе его заслушались. Он так хорошо говорит.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ты могла слушать его болтовню, как тебе угодно, да зачем позволяла ты дочери слушать его глупые рассказы, ей, когда ей жить и умирать здесь, в Тунгусских лесах? (Смягчаясь, ласково.) Ну, полно, полно! Это глупо сделано, да я не сержусь, дай руку. Где этот старик? Ведь он старик, сказала ты?

ЖЕНА. Да, он старичок.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. То есть, старый дурак или старый плут - но все равно - я рад ему! Зови его сюда.

ЯВЛЕНИЕ 8

ТЕ ЖЕ И ПАРАША.

ПАРАША. А ты не знаешь, батюшка, что к нам гость без тебя пришел?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Слышал, милая и - очень рад.

ПАРАША. Такой он добрый! Расспросил теперь, как тетя зовут и матушку, и говорил со мной так хорошо, как я должна любить и утешать вас и молиться за вас Богу.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Утешать! Молиться! Что же? Готово ли ужинать?

ПАРАША. Я там уж накрыла стол.

ЖЕНА. Пойду взгляну сама. Параша! Пойдем, отец тотчас придет за нами.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Да, да, идите, я приду. (Жена его и Параша идут, но Параша возвращается.) Я опять увижу человека - не полузверя, остяка или тунгуса; опять должен говорить с ним, припоминать, как говорят по-человечески (Параша подходит тихо.) А! Что тебе надобно, друг мой?

ПАРАША. Ты сегодня опять такой сердитый, а то я было хотела спросить тебя.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Что такое?

ПАРАША. Зачем это не едем мы с тобой в ту сторону, откуда пришел этот старичок? Зачем живем мы всегда в лесу? Разве ты никогда не будешь в Москве? Разве тебе не хочется туда ехать, жить там, с людьми?

НЕИЗВЕСТНЫЙ (тихо). Сердце мое! (Вслух.) А тебе разве хочется туда, к людям?

ПАРАША (обнимая его). Ах! Милый батюшка! Так бы и полетела, ... хоть бы раз взглянула, как там живут, как там церкви Божьи с золотыми главами, и терема царские, и людей, говорят, такое множество...

НЕИЗВЕСТНЫЙ (содрогаясь). Несчастная! (Параше.) А что же? Верно, тебе этот старик наговорил, как там хорошо, как там весело?

ПАРАША. Ах! Я давно уж и сама о том думала; мне иногда становится здесь так скучно, так скучно.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ну, что же? Поезжай туда - я тебя отпущу! Поезжай с Богом!

ПАРАША. Без тебя и без матушки? А ты разве не поедешь со мною?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Я?

ПАРАША. Да, ты. Мне всегда хотелось тебя о том спросить, а сегодня, когда наш старичок разговорился с нами - мне все так живо опять представилось. Ведь с тех пор, как умерла моя нянька, моя добрая старая Агафья, я кроме тебя и матушки никого не вижу и мне говорить не с кем.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А наши добрые соседи, тунгусы?

ПАРАША. Ах! Да они какие-то не люди - они такие смешные.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Они люди, они более достойны имени человека, нежели те, кого ты так желаешь видеть. (Тихо.) Но что я делаю? Что я говорю? Бедное, бедное дитя! Какой проклятый случай завел сюда этого бродягу, который вдавил в душу мою новое, ядовитое жало скорби. О, я готов удавить его моими руками.

ПАРАША. А вот и гость наш, батюшка!

ЯВЛЕНИЕ 9

ТЕ ЖЕ И ПРОХОЖИЙ.

ПРОХОЖИЙ. Мир хозяину дома и Божие благословение!

НЕИЗВЕСТНЫЙ (тихо). Скреплюсь - притворюсь: ведь он человек, а с людьми должно скрываться и лукавить. (Оборачивается к прохожему.) Великий Боже!

ПРОХОЖИЙ (в изумлении). Если не ошибаюсь... (Костыль падает у него из рук.)

ПАРАША (с изумлением смотрит на них). Что это такое? Разве он знает его?

ПРОХОЖИЙ. Верить ли глазам?

НЕИЗВЕСТНЫЙ (удерживаясь). Здравствуй, здравствуй, добрый старичок, добро пожаловать. Параша! Иди к матери - мы тотчас придем.

ПАРАША (тихо). Что с ними сделалось? Я и боюсь, и радуюсь. Мне хотелось бы подслушать их. Спрячусь здесь. (Вслух.) Хорошо, батюшка - мы дожидаемся вас. (Она идет, хлопает дверью и тихонько крадется за занавеску.)

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Федор! Не обманывают ли меня глаза мои? Ты ли это?

ПРОХОЖИЙ. Александр! Тебя ли я вижу?

Бросаются в объятия друг к другу.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ты здесь? В Сибири? В наших лесах, где я не думал более видеть человеческого образа?

ПРОХОЖИЙ. Через 20 лет я встречаю тебя здесь, добрый, старый друг, товарищ! Помнишь ли, где мы расстались? В лагере под Очаковом, когда князь Григорий Александрович послал тебя в Петербург курьером!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А ты прощался со мною, и обещал, что к приезду моему будешь майором!

ПРОХОЖИЙ. Великий Боже!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Я страшусь спросить тебя. Ты в Сибири... ты здесь - нищим стариком!

ПРОХОЖИЙ. Воля Божия. Но я возвращаюсь на Родину, а ты... ты, мой друг и товарищ!

НЕИЗВЕСТНЫЙ (в смущении). Скажи, что было с тобой после того... Я помню...

ПРОХОЖИЙ. Господь смирил меня! Тяжка была жизнь моя, но рассказывать ее недолго. Я хотел сдержать свое обещание, не жалел себя и напрашивался на опасность - молод, здоров я был тогда, и голова моя горела безумием почестей! Мы перешли с князем Репниным за Дунай, и накануне Мачинской битвы - плен и страдание были моим уделом! Варвары изувечили, увлекли меня, и 15 лет плена в степях Курдов и горах Друзов сделали из молодого, храброго офицера... видишь, дряхлого, бедного старика. Я увидел, наконец, Родину, и - никто не приветил меня. Мать моя давно умерла, родных не было у сироты, а моя сабля составляла все мое богатство. В горах Сирии дал я обет идти пешком к святыне Мангазейской, если Бог освободит меня из варварского плена; теперь исполнил я мой обет и возвращаюсь умереть на Родине; посвящу Богу жизнь, которую сохранил Он мне доныне. А ты, ты друг?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. И ты не гнушаешься называть другом преступника, который заклеймен позором в глазах людей, имя которого - несчастный, жизнь которого - казнь и пытка!

ПРОХОЖИЙ. Нет, нет! Везде и всегда - ты для меня прежний Александр. И Господь не отвергает грешника, даже и люди прощают преступника.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А сам себе разве простит он? Разве... А! Ты не испытал, ты не знаешь того страшного наказания, какое испытывает злодей, преследуемый совестью, Каин, проклятый Богом, ... если и люди, и Бог его прощают!

ПРОХОЖИЙ. Александр! Я знаю, я слышал, что излишняя пылкость твоя увлекла тебя в тяжкое преступление.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Увлекла! Зачем хочешь ты смягчить словами ужасный поступок мой? Оправдывают ли причины и обстоятельства злодейство? Шестнадцать лет страдания не только не задушили змеи, грызущей душу мою, нет! Она разрослась тут, в груди моей, она сосет кровь из моего сердца, она лишает меня покоя здесь и - надежды там. Напрасно укрылся я от людей, напрасно ушел от них, чтобы и самый вид их не напоминал мне, что есть еще кроме меня кто-нибудь на свете, чтобы и имя мое было ими забыто: его никто здесь не знает, кроме жены моей, исправника, и - есть еще, Кто знает его, к ужасу моему.

ПРОХОЖИЙ. Друг! Неужели ни разу святая надежда...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Надежда? Мне?

ПРОХОЖИЙ. И раскаяние перед Богом...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Я не могу молиться!

ПРОХОЖИЙ. Друг! Ты ужасаешь меня! Нет такого несчастия, которое лишило бы нас надежды на милосердие Божие...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Есть оно, есть, и оно называется - преступление! Одно то ужасное сознание, что мы погубили жизнь свою, счастье свое, милых нам людей, надежду за гробом - погубили все, все. (Останавливается.) А! В 16 лет в первый раз вдруг два подарка судьбы. Тебя вижу я, и вот - посмотри: ведь это, кажется, слезы - слезы благодатные! Друг! Я начинаю думать, что Бог милует меня! Я вижу тебя и - плачу!

ПРОХОЖИЙ. Плачь - слезы спасительны.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ты должен узнать все, сердце мое хочет высказаться тебе: суди меня, осуждай, потом презри - возненавидь! Молод, бешен страстями, полон надеждами, расстался я с тобою; все роды обольщений, все роды счастья встретили меня в Петербурге и на Родине - богатство, чины, добрая мать, дружба, любовь, она увлекла меня, для нее забыл все и повел к алтарю мою подругу, отказался от службы, уехал в мои богатые поместья.

Но кровь моя страшно кипела страстями. Рано было уединение, мне скоро наскучило оно, скоро не взмилились ласки жены, малютки сына - низкие страсти увлекли меня. Карты, проклятые карты. Я пил, играл, увлеченный развратными друзьями, разорялся, не смотрел на слезы матери и жены. В шумной, буйной беседе, я увидел низкий обман друзей, и - рука моя обагрилась в нечистой крови их. Едва совершилось преступление, я узнал всю глубину бездны, в какую упал.

ПРОХОЖИЙ. Несчастный друг!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Мать моя умерла, когда я сидел в тюрьме - в остроге. Честное имя мое сделалось добычей палача - люди презрели, отвергли меня, и самое сожаление, самая любовь их стали моим мучением! О, если бы юноша, тревожимый несчастными страстями, мог видеть теперь меня, мог пережить со мною эти 16 лет ссылки и позора, мог заглянуть в душу мою - он жизнью купил бы возврат на дорогу добродетели.

ПРОХОЖИЙ. Но неужели и любовь жены твоей, доброй жены твоей, которая добровольно, охотно поехала за тобою, оставила все, разделила с тобой позор и бедствие - не была для тебя счастьем?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. О, зачем она это сделала! Зачем я согласился? Друг бесчеловечный! Ты трогаешь самое страшное, самое больное место души моей, заглядываешь в самый темный угол сердца моего! Да, да! Но чувство, что я погубил бытие драгоценного мне сердца. И ежели я видел потом, потом, когда прошел порыв безумного ее великодушия, я видел и слезу от меня скрываемую, и взор укоризны, невольно являвшийся... О, не раскрывай сердца человеческого - в нем есть такие бездны, куда не должен заглядывать человек. Ты видел дочь мою, а знаешь ли, что она - самое ужасное наказание в жизни моей, какое ниспослал мне Бог!

ПАРАША (тихо). О, Боже мой! Что он говорит?

ПРОХОЖИЙ. Сумасшедший! Она, такая добрая, милая, благочестивая.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А кто она? Дочь ссыльного! Что ждет ее? Позор, бесславие с колыбели! Она не знает, а я знаю, что ее сердцу надобны дружба, и любовь и радости; она не знает, рожденная под кровом ссыльного, в диком лесу, что есть мир Божий, мир прекрасный, есть люди, есть радости. И что же, если она явится к ним? Они отвергнут ее, прогонят, уничтожат! И к чему родилась она, моя милая, цветущая красотою, с такой душой, с таким сердцем - к чему? Что с ней будет, когда умру я, умрет мать ее? Нищая - может быть, проклятая людьми - она умрет, проклиная отца и мать! И знать, что я, я один всему причиной.

ПРОХОЖИЙ. Александр! Что ты говоришь? Да, разве отсюда нет возврата? Разве страдание не изглаживает преступления. Дай мне - я иду туда, я стану просить за тебя: за мой плен, за мою кровь я потребую только тебе прощения, свободы, возврата. Юный Государь услышит мою просьбу, простит тебя.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Какой юный Государь?

ПРОХОЖИЙ. Разве ты не знаешь? Ведь теперь воцарился император Александр Павлович. Его ждут летом в Москву для коронования. Святая надежда России, да будет и твоею надеждою.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Нет! Это невозможно: мне, отсюда нет возврата. Простят! Да, зачем явлюсь я туда? Скрываться от людей, или читать мой стыд в их каждом взоре, в каждом слове их?

ПРОХОЖИЙ (после некоторого молчания). У тебя там остался сын. Ты сказал, что у тебя был сын?

НЕИЗВЕСТНЫЙ (холодно). Вероятно, он умер, сирота бесприютный, и слава Богу, если умер.

ПРОХОЖИЙ. А если он еще жив?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Жив? Да, ты разве о нем слышал что-нибудь?

ПРОХОЖИЙ. Нет, но я все узнаю - буду в Москве, испрошу тебе прощение; ты увидишь сына своего - милосердие Монарха и многолетнее страдание очистят имя твое от позора; дочь твоя останется в объятиях брата, и кости твои успокоятся там, на Родине, подле могил отца и матери, и друг будет подле тебя: я не разлучусь с тобою, Александр.У меня нет никого в мире!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Искуситель! Что ты говоришь? Зачем ты изображаешь рай небесный грешнику в адском пламени? Мне туда? Мне прощение? - Увидеть сына - увидеть Родину - могилу отца и матери - плакать над ними - передать мою Парашу брату... Он, верно, жив - не правда ли: он жив? Он верно добр?

ПРОХОЖИЙ. И верно с честью служит Отечеству. Ты знаешь, что в нашем благословенном Русском царстве преступление отца не бесславит сына, что ему остаются и имя, и имение отцовское, и путь к заслугам не загражден...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. И может быть, он счастлив! Он почти не знал меня, забыл, а я напомню ему, что отец его преступник.

ПРОХОЖИЙ. А дочь твоя? А ее судьба?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Дочь! О, муки ада! Что же вы такое, если это не адские мучения? (Бежит вон.)

ПРОХОЖИЙ. Постой, остановись, Александр! Иду за ним - успокою сердце его, отогрею его на моем сердце. Боже! Услышь молитву мою; даруй словам моим силу убеждения; продли еще жизнь мою, пока я успею возвратить его Родине, сыну, спасти бедную дочь его. В милосердие Русского Царя я верю, как в милосердие Божие! (Уходит поспешно.)

ЯВЛЕНИЕ 10

ПАРАША (выходит из-за занавески, бледная, едва держась на ногах). Боже великий! Что я узнала, что я услышала? Отец мой! Добрый, несчастный мой отец! О, если бы жизнью моею могла я искупить тебе хоть минуту счастия, могла спасти тебя, мать мою! Так у меня есть также Родина? Есть брат? "Царь милосерд, как Бог", - говорил он. Ах! Зачем я не птичка Божья, не ласточка, я перелетела бы туда, туда, где трон Царя милосердого, я села бы подле него, у ног его, прощебетала бы ему: "Государь добрый! когда все радуются, есть один страдалец в царстве твоем! Дочь просит тебя за отца! Я перелетела из Сибири далекой - Государь! прости отца моего! (Падает на колени.) Прости и вся жизнь моя на молитву за тебя"... (Вскакивая.) Боже всемогущий! Какая мысль! Не Ты ли послал мне ее, Отец Милосердый? Не тобой ли она внушена мне? Я пойду туда, в Москву, далеко, далеко. Простите, леса дремучие, простите, отец и мать! После того, что я узнала, услышала, мне не жить с вами - не ваша я - Божья! Если не увижу вас счастливых - не видать вам меня. "Дочь ссыльного! Они отвергнут ее!" Да, есть места, где никого не отвергают, есть святые обители, где сам Господь приемлет, не спрашивая: ссыльного или вельможи дочь пришла, стучится у дверей и просит пристанища! И Тот, кто птичке указывает путь в теплые стороны, кто движет по небесам облачко перелетное, кто питает росою цветок пустыни - Тот поведет и доведет меня! Всемогущий! Укажи мне путь мой, пошли мне твоего ангела хранителя!

ЯВЛЕНИЕ 11

ПАРАША И ПРОХОЖИЙ

ПАРАША (увидев его). Вот он - вот ангел хранитель мой!

ПРОХОЖИЙ. Дочь моя! Что с тобою? Что ты?

ПАРАША. Дедушка милый! Ты возьмешь меня с собою?

ПРОХОЖИЙ. Что такое? Куда взять?

ПАРАША. Туда, туда - не знаю куда, куда идешь ты, туда, где я увижу Государя, и где выпрошу прощение отцу моему.

ПРОХОЖИЙ. Как?

ПАРАША. Да, я все слышала, я все знаю! Я не останусь здесь - я пойду с тобою! Ведь ты хотел просить Царя за отца моего? Но что слова твои против моих слов, твои слезы против слез дочери? О, мне, мне испросить ему прощение!

ПРОХОЖИЙ. Как? Ты хочешь идти со мною, пешком? Да, знаешь ли ты, как далеко отсюда Москва?

ПАРАША. Не дальше рая небесного, куда Господь ведет нас через гроб и могилу! Дедушка милый! Я недавно узнала тебя, но я полюбила тебя - я пойду с тобою - возьми меня! Я поведу тебя, когда ты устанешь, я буду утешать тебя, когда ты запечалишься, ходить за тобою, когда ты сделаешься болен. Возьми меня! Умоляю тебя, дедушка! (Падает к ногам его.)

ПРОХОЖИЙ. Господь всесильный, умудряющий младенцев! Не твою ли волю слышу, не твой ли голос внимаю я? Предприятие трудно, тяжко... Бедная! А что, если сердца людей затворятся мольбе твоей? А твой отец? Что будет с ним без тебя!

ПАРАША (вставая). Отец мой? На что ему я, если вид мой теперь не радость ему, а скорбь и мученье! Не говорил ли он, что рождение мое позор мой, что я погибну, когда его не будет, и жизнь не в жизнь ему... Если ты не возьмешь меня, я не могу теперь жить более: все, все погибло для меня. Не светить более красному солнцу, не жить более Параше. Старик! Кровь моя на твою седую голову.

ПРОХОЖИЙ. Постой, постой, дочь моя! Боже! Да будет воля Твоя! Параша! Отныне ты моя дочь - я беру тебя с собою!

ПАРАША. Дедушка! Если отец мой отвергает меня, ты заступишь мне его место, ты уделишь мне уголок в сердце твоем, ты не отвергнешь меня?

ПРОХОЖИЙ. Нет! Не мне, слабому старику, лелеять надежды твои: сиротам, страждущим и обремененным есть общий Отец - Ему молись, дитя несчастия!

ПАРАША. Мы уйдем с тобою сегодня же, теперь - ночью.

ПРОХОЖИЙ. Но я обещал отцу твоему прожить у него три дня.

ПАРАША. Три дня! Да, переживу ли я эти три дня? Нет, нет! Теперь - или я уйду одна: буду спрашивать дорогу у добрых людей, буду просить у них милостыни. Они не откажут мне; я скажу им: "Я иду просить у Государя прощения отцу моему; у вас есть отцы, у вас есть дети!" Они не откажут мне.

ПРОХОЖИЙ. Дочь моя! Молись Богу - мы идем немедленно. Я отдохнул от моего пути.

ПАРАША. Я пойду и скажу отцу и матери, что я нездорова, не буду ужинать, лягу спать; он сегодня утомился на охоте и заснет крепко. А когда он проснется... О, вид мой не будет уже упрекать его: у него уже не будет дочери! Легче ли будет ему без меня!? (Она закрывает глаза руками и медленно уходит.)

ЯВЛЕНИЕ 12

ПРОХОЖИЙ (один). Судьбы неисповедимые! Что воля, что желания смертного, если он видит перст Божий, указующий ему путь! "Да будет воля Твоя!" Бедный друг! Что с тобою будет? Но, может быть, это последнее твое горе. Последнее - если только не первая радость ему могила, не первый вестник радости - смерть! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ 13

ПАРАША (входит, осматривается во все стороны и долго безмолвствует). Простите, мои родные! Завтра, когда вы проснетесь, Параша не придет поздравить вас с добрым утром, не скажет вам: "здравствуй!", не попросит вашего благословения. Далеко, далеко будет она, и каждый шаг будет разделять нас, разделять любовь вашу от меня. Нет, нет! Любовь не знает разлуки - с вами она будет, с вами молитва дочери. Здесь (вынимает письмо), здесь вы все узнаете, и когда будете читать - благословите меня. Что там увижу я? Листок, сорванный бурей с родного дерева, куда полечу я - сирота бесприютная!

ЯВЛЕНИЕ 14

ПАРАША, НЕИЗВЕСТНЫЙ, ЖЕНА ЕГО И ПРОХОЖИЙ.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Друг! Твое появление показало мне, что милосердие Божие не оставляет человека никогда. Давно - давно не был я так весел.

Мне кажется, если только в будущем остаются мне радости - вот первый счастливый день мой! Но, ты что-то загрустился, кажется?

ЖЕНА. Ты забываешь, что добрый друг наш устал сегодня; ему надобно отдохнуть.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Правда, правда! Параша! Что ты здесь делаешь?

ПАРАША. Я... я хотела проститься с вами.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Вот, дурочка, как будто в дальнюю дорогу отправляешься!

ПАРАША. Ах! Кто знает.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Я тебе наперед скажу, что ты завтра проснешься весела и здорова.

ПАРАША. Завтра! Простите, батюшка! (Она обнимает его.) Благословите, благословите меня!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Поди, усни спокойно. А завтра, знаешь ли что? Мне обещали принести пару живых зайчиков - вот тебе будут радости!

ПАРАША. Матушка! Простите!

ЖЕНА. Что это, Параша? Ты плачешь?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Плачет?

ПАРАША. Нет, нет! Я не плачу, я весела, я счастлива.

ЖЕНА. Право, мне показалось, будто у тебя капнула слеза.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Тебе все слезы кажутся!

ЖЕНА (тихо). Ах! Я потеряла им счет!

Параша уходит

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Ну, до свидания, друг Федор! Тебе вот здесь приготовлена постель - не взыщи, не мягкая: чем богаты, тем и рады. Завтра покажу я тебе все мое хозяйство, познакомлю тебя с тунгусами и ты наверно их полюбишь! А там, забудем хоть на время горе и поговорим о бывалом, предоставляя будущее Богу.

ПРОХОЖИЙ. Да, Ему, Ему наше будущее! До свидания, до завтра!

Неизвестный и жена его уходят

МЕЛОДРАМА.

Звуки музыки. Прохожий провожает Неизвестного взорами и остается в задумчивости. Параша выходит, одетая по-дорожному, и знаками показывает, что она готова. Прохожий благословляет, обнимает ее и идет. Параша идет за ним медленно, обращаясь к двери, куда ушли отец и мать.

Вдруг она не выдерживает своего чувства и бросается к ним. Прохожий останавливает ее. Параша выражает, что она хочет проститься с ними.

Он показывает, что тогда все предприятие их разрушится.

Параша в отчаянии. Прохожий указывает ей на небо и велит молиться.

Она падает на колени. Прохожий поднимает руки над ее головою и молится.

Поспешно вскакивает Параша и влечет Прохожего за собою.

ДЕЙСТВИЕ II

Неопрятная комната, убранная по-мещански. Фекла Федосеевна сидит у столика и шьет. Танюша в стороне за работою. Федя, Митя, Маша, Соня играют и шалят в углу.

ЯВЛЕНИЕ 1

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА, ТАНЮША И ДЕТИ.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Да, да, детки, не всегда вас Господь на радость дает! Просишь, просишь вас у Бога, а как с дюжину вас накопится, так уж и прибери вас Господи! Тс! Вы, бесенята, расшумелись! Слова сказать не дадите! Танюшка! А что бишь сказал Федор Григорьевич? Когда он обещал придти?

ТАНЮША. Да, сегодня, маменька.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Сегодня, да когда? Ведь они люди деловые - их заставить дожидаться нельзя. А у меня дела полны руки. К тетке Акулине Сидоровне надобно сходить - старушка что-то недомогает. А там на Арбат, к благодетелю нашему - надо Митюшку-то в Корпус, либо куда-нибудь. Вот, что вам! Мне где ни бери, а вас корми, да пои, да воспитывай! Цыц, Сонька! Шутка ли из Рогожской, да на Арбат, а там еще к благодетельнице, Ее Сиятельству, что в пользу бедных играла - авось, не выпрошу ли на бедность с сиротами. Ведь нынче... Охо, хо, хо! время, время такое...

ТАНЮША. Да ведь, маменька, что же? Есть нас беднее. У нас-таки и пенсия, и от батюшки осталось...

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ах, ты негодная! Да как ты смеешь говорить? Да, где ты этаких мыслей набралась? Ах, ты, девчонка гадкая! Да какая у нас пенсия? Да что у нас осталось? Домишко-то? Да он весь развалился! Да если бы не я горячими слезами вымаливала, так вы с голоду бы давно передохли! Видишь - богатая выехала, барышня-белоручка! Этак ты другим говорить станешь! Уж не эта ли нищая сибирячка тебе наговорила?

ТАНЮША. Ах нет, маменька! Она почти ничего не говорит. Она все плачет только, да молится!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Плачет! Видно, слезки-то дешевы; молится! Видно, лучше-то делать нечего! А все вот моя доброта - навязала себе на шею девку, и Бог знает кто такая, зачем?

ТАНЮША. Маменька! Ведь вы говорили, что старичок, который с ней пришел, был благодетель моему отцу, и что где он живет, на том доме благословение Божие.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Дура ты! Мало ли что говорится! Конечно, благословение было бы, если бы он умел брать все, что дадут благочестивые люди, а он, поди-ка, и не думает. Ходит себе по судам за справками, да к знатным. Да знатным-то до того ли им? Эвося выехать! Теперь готовятся пиры, да балы...

ТАНЮША. Неужели никто не пожалеет о бедной дочери, которая пришла пешком просить прощения отцу своему?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Так как же она просит? То больна сделалась - неженка! Вишь, устала, из Сибири пешком пришла... из Сибири... пришла, а кто знает, может, и приехала? А тут сидит, да плачет! Этак разве просят? Вот я, как о пенсии хлопотала, так, бывало пороги обобьешь, да слуге-то в ножки: "Доложи барину!" - А секретарю-то и пообедать не дашь - он за кусок, а ты, бывало, уж и тут, да и в ноги: "Батюшка! Спаси сироту горегорькую! Не пусти по миру с детьми!"... Так вот как дела-то делают, а не этак, что из Сибири приехать, да плакать, да молиться, да других сирот объедать, которые из милости угол дали, себя стеснили...

ТАНЮША. Маменька! Ведь они нам за квартиру заплатили.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Заплатили! Заплатили! А тебе с чего толковать? Этак ты другим скажешь, да и девке-то все дело испортишь. Скажут - "богата - дескать!" Заплатили! Ну, да мне откуда бы взять кормить-то их? А? Да, разве я не хлопочу за нее? Тоже на ее имя и от благодетелей собираю, хоть старику и не говорю: все отдам, не воспользуюсь, не покорыстуюсь - да, сохрани меня, Господи! Да вот и Федора Григорьевича сегодня пригласила, посоветоваться с ним о деле нашей Сибирячки - ведь его надобно угостить - все расходы... Вот и он, кажется? (Смотрит в окно.) Пожалуйте, пожалуйте, отец родной! Поди, зови нашу плаксу Сибирячку, а я приготовлю закусить, да водочки! (Танюша уходит. Дети бегут за нею.) Тише вы, бесенята! Нелегкая вас побери!

ЯВЛЕНИЕ 2

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА И ПИСУЛЬКИН.

ПИСУЛЬКИН. Мое почтение, матушка, Фекла Федосеевна!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Батюшка, Федор Григорьевич! Пожалуйте, отец родной! Сколько лет, сколько зим!

ПИСУЛЬКИН. Ох! Заботы одолели, матушка! Дело наше приказное - день бегаешь, ночь сидишь; судьи нынче стали не прежние, не нашего времени - ведь дела сами читают... О-хо-хо! Так пишет прозебку, да, знаете - за ухом почесываешь! О-хо-хо! Утрудился дальним путем!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Да, не угодно ли, батюшка, водочки? Извини на сиротских недостатках...

ПИСУЛЬКИН. Благое дело! Здоровья и долгоденствия? (Пьет и ест.) Ну, матушка, как поживаете?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Худо, отец родной - дело сиротское... Вот девка на возрасте, вот сынишка - надо определить...

ПИСУЛЬКИН. Так что же? Сынку местечко сыщется, только бы по батюшке пошел. Ваш супруг, Фекла Федосеевна, был человек - вот уж много сказать - человек он был!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Что ты, отец мой? Да, чей же он человек был? Ведь отец его был в воеводской канцелярии подьячим...

ПИСУЛЬКИН. Вы не поняли, то есть, Фекла Федосеевна, видите, не поняли: я аллегорически говорю, что человек он был... Да, впрочем, признаться - время мне дорого; вот еще тут к соседу вашему забежать - прозебку ему; а от него в Таганку - в конкурс, а там в Палату надо поспеть... Так, матушка, что такое? Чем могу служить?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Да не о себе хочу трудить, а о той Сибирячке, что призрела Христа ради...

ПИСУЛЬКИН. Помню, помню, хоть и не вслушался хорошенько. Вы, знаете, таково скоро говорили... Объясните же, матушка...

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. А вот она сама вам объяснит.

ЯВЛЕНИЕ 3

ТЕ ЖЕ И ПАРАША.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Вот, батюшка, рекомендую вам сиротку, которая покорнейше просит вас... Кланяйтесь, сударыня, кланяйтесь: это ваш благодетель, Федор Григорьевич Писулькин.

ПИСУЛЬКИН. Если имею случай быть полезным, позвольте мне... (Фекле) Да, что же она ничего не говорит?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ну, дело сиротское, отец ты мой, и дочь такого человека, что... Проси, сударыня, проси, кланяйся!

ПАРАША. Я не знаю г. Писулькина, не знаю, о чем мне и просить его.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Как о чем? Вот: все хлопочи за вас... Видите, батюшка, то есть ее батюшка в несчастии, в Сибири; так она приехала похлопотать за него; так не откажись, родной, научить уму разуму...

ПИСУЛЬКИН. А позвольте, сударыня - имени вашего знать чести не имею - вы меня извините - просить вас сесть и рассказать мне о деле... Вы из Сибири?

ПАРАША. Да.

ПИСУЛЬКИН. Холодная сторона! Говорят, там ездят на медведях и оленях... Так-с, знаем! Ваш батюшка, вероятно, чиновник был?

ПАРАША. Я не знаю.

ПИСУЛЬКИН. Так-с. А сущность дела его вам, конечно, известна, то есть, сущность... Вероятно, он вам объяснил...

ПАРАША. Я ничего не знаю.

ПИСУЛЬКИН. Так, вероятно, у вас есть бумаги, где можно видеть...

ПАРАША. У меня нет никаких бумаг.

ПИСУЛЬКИН. Так-с. Но имя ваше?

ПАРАША. Меня зовут Парашей.

ПИСУЛЬКИН. Хм! Хе, хе, хе! Ну, а батюшку вашего?

ПАРАША. Александр Григорьевич.

ПИСУЛЬКИН. Так, Прасковья Александровна, но - фамилия родителя вашего и бывшее звание его...

ПАРАША. Я вас не понимаю.

ПИСУЛЬКИН. Фекла Федосеевна! Что же: я тут ничего сделать не могу. - Нельзя ли мне растолковать пояснее!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ох! не сердитесь, отец мой! Ее дело сиротское...

ПИСУЛЬКИН. Да что ж - сиротское! Мне потребно знать сущность дела, и средства, и способы... (Параше.) Ваш родитель, вероятно, вас рекомендовал своим благодетелям...

ПАРАША. У меня один благодетель - Бог!

ПИСУЛЬКИН. Умно, но однако ж - ведь вы приехали в Москву...

ПАРАША. Я пешком сюда пришла.

ПИСУЛЬКИН. Пешком? Как? Но, как же пешком могли вы принести... так... то есть, деньжонки, например, или что-нибудь...

ПАРАША. У меня не было денег.

ПИСУЛЬКИН. Ну, да ведь Сибирь земля богатая - собольки там, говорят, по улицам бегают... Иногда и парочка их стоит чего-нибудь... Ведь и на дорогу вам надобно было что-нибудь...

ПАРАША. Нас везде добрые люди даром кормили и на дорогу нам давали...

ПИСУЛЬКИН. Так вы милостыней питались?

ПАРАША. Они говорили, что дают не мне, но Богу!

ПИСУЛЬКИН (отводя Феклу Федосеевну). Послушайте, Фекла Федосеевна: тут что-то странное! Она, либо дура, либо - плутовка!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Что вы, отец мой!

ПИСУЛЬКИН. Да как же! Ныне времена мудреные... Что это такое? Морочит что ли она нас! Из Сибири, пешком, ни с чем, ни к кому, сама не знает зачем! Смотрите!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ох, батюшка! Не пугайте вы меня!

ПИСУЛЬКИН (гордо). А позволь, милая, спросить: у тебя есть вид какой, паспорт, то есть?

ПАРАША. Я вас не понимаю.

ПИСУЛЬКИН. Так неужели вы, Фекла Федосеевна, держите у себя неизвестную вам девушку, беспаспортную?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Что ты, что ты, родной! Да ведь с ней пришел старик-богомолец, мне знакомый... старый такой...

ПИСУЛЬКИН. А имя его известно ли вам?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Вот уж этого-то ты и не спрашивай. Наше дело женское.

ПИСУЛЬКИН. То-то, сударыня, Фекла Федосеевна, видно - на всякого мудреца бывает довольно простоты, хоть к вам, кажется, и нельзя применить пословицы, что у женщины волос долог, да ум короток! У реченного старца-богомольца имеется ли законный вид? Во оном виде означена ли сия девица Парасковия? Записали ли вы вид их, где следует? Дело женское, дело женское...

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ахти, батюшка! Не погуби!

ПИСУЛЬКИН. Дело женское... А если девица оная вида не имеет, занеможет, кончит живот - пособит ли вам дело женское?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ох, не сердись, родной! Вникни, выслушай!

ПИСУЛЬКИН. Я и то вникаю! (Пьет водку и ест.) Хорошо, хорошо! Послушай, моя милая - то есть, ваш... твой батюшка неужели ничего не говорил (наливает рюмку и держит ее в руке), когда отпускал вас... тьфу... тебя...

ПАРАША. Я тихонько ушла от него, скрылась, убежала - он не отпустил бы меня...

ПИСУЛЬКИН. Как? (Рюмка падает у него из рук.)

ПАРАША. С надеждой на Бога и на Государя пришла я сюда...

ПИСУЛЬКИН. Государя! Что это значит?

ПАРАША. Я у него буду просить прощения отцу моему; я скажу ему, что я пришла из Сибири... Он милосерд - он отец наш - мы все дети его...

ПИСУЛЬКИН (схватывая шляпу). Прощайте, Фекла Федосеевна!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА (держит его). Отец мой! Батюшка! Благодетель!

ПИСУЛЬКИН. Нет, нет, нет! Тут какое-то казусное дело... Ей идти к Государю? Это что? Да как? Да, с чего?... Без паспорта... Сделайте милость, увольте... Прошу и не сказывать, что я тут вмешивался - свидетелей, спасибо, не было... Я советую тебе, голубушка, если ты обманщица и плутовка, вспомнить...

ПАРАША. Обманщица!

ПИСУЛЬКИН. Что в Москве есть полиция и от нее глупостью да незнанием не отговоришься... Ты к Государю? Да кто тебя пустит? Да как ты смеешь? Прощайте, Фекла Федосеевна! Не ожидал я от вас, не ожидал...

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Кормилец, отец, благодетель! (Параше) А с тобой, сударыня, я справлюсь - сегодня же со двора долой! Видишь: из Сибири, этакая барышня выехала... (Бежит за Писулькиным.)

ЯВЛЕНИЕ 4

ПАРАША (одна). Что я им сделала? За что они разбранили меня? Обманщица! Меня не пустят к Государю! Со двора долой! Боже великий! И мой благодетель такой грустный... Когда я спрашивала его вчера, он сказал мне: "Погоди, дочь моя! Молись Богу, Параша! Не на людей мы надеялись, а на Бога и Царя!" Погодить... А если каждая минута медления убивает моего отца - если он изнывает теперь в ожидании - если я выпрошу ему милость и принесу ему на могилу его! Неужели Господь провел меня через тысячи верст лесов и пустынь и теперь отвергнет меня... Нет! Нет!

ЯВЛЕНИЕ 5

ПАРАША И ТАНЮША.

ТАНЮША. Параша, Параша! Слышала ли ты новость?

ПАРАША. Новость? Что такое?

ТАНЮША. Государь приехал!

ПАРАША. Государь!

ТАНЮША. Да, сегодня в ночь, и сегодня в первый раз явится он нам всем в Кремле, когда из дворца пойдет молиться в Успенский собор.

ПАРАША (трепеща). Разве все его могут видеть?

ТАНЮША. Вот еще! Детям запретить видеть отца своего! Ведь он наш отец!

ПАРАША. И от него не гонят никого? К нему все могут подойти?

ТАНЮША. Вот хорошо! Да ты посмотрела бы, как нашего Государя окружает толпа народа, как всякий теснится к нему, целует его руку, смотрит на него... Да когда же нам на него и наглядеться? Царь наше солнышко светлое - на кого он взглянет, тот становится весел и счастлив!

ПАРАША. Весел и счастлив!... Боже! Туда? Но они сказали, что меня не пустят! Отец милосердый! Но переживу ли я? Дойду ли я? Могу ли говорить? Напишу! Танюша! Дай мне бумаги, перо!

ТАНЮША. Что с тобой? Ты дрожишь? Что ты пишешь? (Читает из-за нее.) "Государь милосердый! Я пришла из Сибири просить прощения отцу моему - Государь! прости его! Господь благословит тебя, а я стану за Тебя молиться!"

ПАРАША. Ни слова больше! (В сторону.) Танюша, прощай! Если ты меня еще увидишь, я уж буду счастлива... Если не приду сегодня, ... не жди никогда!

ТАНЮША. Что ты говоришь? Куда ты идешь?

ПАРАША. В Кремль - туда, к Царю, к отцу нашему!

ТАНЮША. Ты не знаешь дороги.

ПАРАША. Я спрошу у первого: куда идти? Где живет Государь? Я буду смотреть на золотую голову Ивана Великого - я спрошу у сердца моего, у земли Русской: она ответит мне, скажет, где живет Государь милосердый! Боже! Благослови! (Бежит вон.)

ЯВЛЕНИЕ 6

ТАНЮША и потом ПРОХОЖИЙ.

ТАНЮША. Ах! Боже мой! Что это она делает! Что скажет маменька?

ПРОХОЖИЙ (входит задумчивый). И опять холодный отказ! И три человека, на которых я надеялся, три богача, три временщика отказали мне. Один - не пустил меня к себе - тот, которому некогда в битве спас я жизнь! Другой, бывший друг мой, едва узнал в старике бывшего капитана своего... Он теперь силен и велик, а я беден, нищий, калека. А третий - коварный себялюбец... советовал мне не мешаться в дело... И эта барыня, которая плакала о смерти своей собачки, презрительно улыбнулась, когда рассказал я, что дочь пришла из Сибири, пешком... А та...та, которая давала концерт для бедных... Ей, правда, некогда было - она примеривала новое платье... Люди, люди! Неужели только нищета и несчастие научают вас быть людьми! Горе вам, сильные земли! Если вы не думаете, что Бог потребует отчета, в том, чтo сделали вы из вашей силы и богатства! Но, где Параша?

ТАНЮША. Я боюсь вам сказать...

ПРОХОЖИЙ. Что такое? Ради Бога...

ТАНЮША. Она ушла в Кремль.

ПРОХОЖИЙ. Одна?

ТАНЮША. Когда услышала она, что Государь приехал, и сегодня пойдет в Успенский собор, как безумная бросилась она...

ПРОХОЖИЙ. Боже мой! Ее там задавят, сомнут - тысячи народа бегут туда... Она, верно, хочет увидеть Государя, но она не знает, что нельзя, невозможно... Но, нет, нет! У нас возможно! (С радостным восторгом.) Милосердию Бога нет границ - нет их и милосердию Русского Царя! В храм Божий всегда отверсты двери - и к Царю всюду доступ его детям! Я размышлял, сомневался, а она решила и исполняет! С детским чувством любви, с надеждою и верою, приступает она прямо к трону Владыки Русского... Бог не отвергал младенцев - Царь, подобие Бога на земле - не отвергнет их... Иду туда и подле нее поставлю мою седую голову... Что не скажут ее слезы, то договорят слова мои! Господь! Веди меня! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ 7

ТАНЮША И ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Насилу-то уговорила, чтобы не гневался Федор Григорьевич! Вот, сударики мои, делай этак добро... Но говорят, Государь приехал... Танюшка! Одевайся; пойдем в Кремль - туда вся Москва идет, а мы разве не люди, а мы разве не хотим Государя видеть... (Уходит с Танюшей.)

ЯВЛЕНИЕ 1

Кремлевская площадь. Звон на Иване Великом. Толпа народа ходит по площади; слышны говор и шум.

ПЕРВАЯ ТОЛПА. Сюда, сюда! Здесь виднее!

ВТОРАЯ ТОЛПА. Приехал, приехал!

ПЕРВАЯ ТОЛПА. Скоро выйдет!

ПАРАША (выходит из толпы). Так это-то царский Кремль, это Иван Великий, это соборы православные? Но где же дворец царский? Куда мне идти? Где стать на ту святую землю, на которую ступит нога Государя и где он явится мне ангелом милосердия? Спрошу... у кого?

Старушка, слепая; ее ведет мальчик

ПАРАША. Бабушка! Позволь тебя спросить...

СТАРУШКА. Что, родимая?

ПАРАША. Где мне увидеть Государя?

СТАРУШКА. Будто ты не знаешь!

ПАРАША. Не знаю, бабушка. Я недавно в Москве, я не здешняя.

СТАРУШКА. Ну, и не диво. Вестимо, Царь пойдет с Красного крыльца в собор. Тут и надобно стать, на Царской площади, где сукно расстелют. Да, пойдем со мною, я тебе покажу...

ПАРАША. Ах, бабушка! Как ты одолжишь меня!

СТАРУШКА. И, родимая! Да кому же батюшку нашего видеть не хочется! Веди, Ванюша, а ты не отставай, милая!

ПАРАША. Бабушка! Да, разве ты сама не видишь?

СТАРУШКА. Вот уж десятый год, как наказал Господь!

ПАРАША. Да как же ты увидишь Государя?

СТАРУШКА. А разве у души моей нет очей? Разве я меньше счастлива буду, если услышу, как пойдет он? А может, Господь со мной и чудо сделает - просветит мне очи мои на то мгновение!

ПАРАША. О, кого так любят - тот милосерд и не отвергнет меня! Пойдем, пойдем скорее!

ЯВЛЕНИЕ 2

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА И ТАНЮША.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ну, уж затолкали, да и только! Какие невежды! Никакой амбиции нет! Пустите! Дайте пройти!

ЯВЛЕНИЕ 3

ПИСУЛЬКИН (подходит к ней). Что, матушка, и вы сюда пожаловали?

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Да вот пробиться не могу! Такие грубияны - не пускают меня, как будто я какая мещанка! Пособи, родимый, проведи нас! Тебе, чиновной особе, дадут проход...

ПИСУЛЬКИН. Нет, матушка! Тут ведь сам Государь, так к нему всем свободный доступ - не то, что в суде у нас! Тут толкни-ка кого-нибудь, так-так натолкают... Господа! посторонитесь - даме место!

ЯВЛЕНИЕ 4

ПРОХОЖИЙ (входит). Нет, я не могу ее встретить! И где увидеть ее между тысячами? Москва вся в Кремле, вся двинулась на встречу великому Гостю своему! Попытаюсь еще... Позвольте пройти, господа! Дайте старику не умереть, не видавши Государя!

НАРОД. Ступай, ступай, дедушка! (Пропускают его.)

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Вот, какого-то старичишку пропустили, а меня, чиновницу...

Звон усиливается.

НАРОД. Государь! Государь! Идет, идет! Шапки долой! Ура, Ура!

Все бегут в одну сторону. Сцена почти пуста.

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА (которую толкают). Тише, батюшка, тише! Ох! пустите душу на покаяние!

Слышны за сценою крики: Ура! Ура! Народ опять толпою бежит на сцену.

НАРОД. Видели, видели!

ПЕРВЫЙ. Он кланялся всем!

ВТОРОЙ. Какой красавец!

ТРЕТИЙ. Какой милостивый!

ЯВЛЕНИЕ 5

ПАРАША, без чувств; ее несут на руках. Народ теснится кругом.

ПИСУЛЬКИН. Что это такое? Фекла Федосеевна - ведь это ваша Сибирячка!

ФЕКЛА ФЕДОСЕЕВНА. Ахти, и точно она!

ТАНЮША (бросается к Параше). Милая Параша! Помогите ей!

ПИСУЛЬКИН. Что сделалось?

ОДИН ИЗ НАРОДА. Она подала просьбу Государю.

ПИСУЛЬКИН. Ахти! Беда! Да как она прошла, как осмелилась?

ОДИН ИЗ НАРОДА. Я стоял подле самого сукна, а подле меня стала слепенькая старушка с мальчиком, да эта девушка, а сама вся так и дрожит, и слышу, молитву творит. Ну, да знаешь, не до того... А как вышел наш надежа на Красное крыльцо, да как глянул орлиным взглядом, да как поклонился, так уж от слез-то я и света не взвидел. Кричу: Ура! Забыл все - сердце так бы вот на дорогу ему выложил, - а вот скажи он - так и на тысячу бы один пошел... А он-то, сокол наш, и пошел, и идет, и кланяется, а как поравнялся с нами, девушка-то и упала ему в ноги, да руками-то ухватилась и рыдает, и говорит: "Государь, Государь! помилуй, помилуй! Прости отца моего! Я из Сибири пришла пешком - помилуй его, Государь!"

НАРОД. Из Сибири! Пешком!

ОДИН ИЗ НАРОДА. А он остановился - взял у нее из рук какое-то письмо и говорит: "Встань, встань, мой друг!" - и сам ее поднимает...

НАРОД. Он с ней говорил! Он сам поднимал ее!

ОДИН ИЗ НАРОДА. Тут всем, кто стоял, как будто Господь слово дал, все за один голос: "Надежа Государь! Помилуй!" А кто на колени, кто ему в ноги! "За твоего отца все просят - я прощаю его!" - сказал Государь... Братцы, други, Русские люди! О, если бы в ту минуту могли вы видеть лицо его, слышать его... Она как услышала: "Прощаю!", так и покатилась, а Государю и проходу не дают! - "Дайте", - говорят одни, - "пустите его: он за нас молиться идет!" Тут генерал от Государя подошел и начал говорить с каким-то стариком, что подле девушки стоял, а мы подхватили ее, сердечную, да и понесли сюда... Не умерла ли, полно? Эх! Какая молодая, а видно спознала горе...

ЯВЛЕНИЕ 6

ДОБРОВ, ЛЕОНИД, ПРОХОЖИЙ.

ДОБРОВ. Пустите, братцы, пустите! Где та девушка, что Государю просьбу подала?

НАРОД. Здесь! Здесь!

Параша опомнилась, глядит кругом, протирает глаза. Леонид с трепетом стоит в отдалении.

ПАРАША. Мне казалось... В раю была я, или сон то был?

ДОБРОВ. Не сон... Государь простил отца твоего!

ПАРАША (вскакивает). Не обманывай меня... Скажи!

ПРОХОЖИЙ. Параша! Опомнись: твой отец прощен - он опять получил честное имя, честь свою...

ДОБРОВ. И Государь велел благодарить тебя, что ты дала ему случай на доброе дело... А этого молодца знаешь ли ты? Он мой сосед, на руках моих воспитан и вырос, а - имя его... он - брат твой!

ЛЕОНИД. Сестра!

ПАРАША (бросается к нему).Брат мой! (Бросается на колени.) Боже! возьми жизнь мою и благослови милосердого Государя!

Народ кричит: Ура! Прохожий за Парашею подъемлет руки к небу в безмолвии. Занавес опускается.

ЭПИЛОГ.

Декорация первого действия. Внутренность хижины Неизвестного. Он лежит на бедной постели; жена сидит подле него.

ЯВЛЕНИЕ 1

НЕИЗВЕСТНЫЙ И ЖЕНА ЕГО.

ОНА. Ты проснулся?

ОН. Да, я чувствую, что сон подкрепил меня. Мне лучше, друг мой!

ОНА. Слава Богу!

ОН. Ты благодаришь Бога? Добрая подруга моя! Я не знал тебе цены прежде - прости меня!

ОНА. О, друг мой!

ОН. Да, гордость и свирепость владели моим сердцем, и несчастие не смиряло меня. С каким ужасом думаю теперь, что смерть могла застать меня в грехе ожесточения! Я искал смерти, и - страшился ее... Он приемлет только смирение, Он прощает только кротким...

ОНА. Тебе вредно говорить.

ОН. Нет! Что же, если смерть и кончит бытие мое - я готов теперь, а ведь ты недолго переживешь меня? Только не умирай прежде, а если и ты оставишь меня... Да, я думал, что вся мера бедствия истощена надо мною, но разлука с Парашею показала мне, что был еще для меня участок счастья на земле.

ОНА. Полно, мой друг!

ОН. Не бойся, не бойся - я роптать не стану... Благословляю Создателя так же за бедствие, как за счастье... А знаешь ли? Мне... мне хотелось бы опять прочитать письмо Параши... Дай мне его... Сегодня мы еще его не читали... (Она падает ему письмо.) Да, это оно! (Целует его и плачет над ним.)

ОНА. Друг мой!

ОН. Не бойся - это слезы почти радости. Знаешь ли, что сегодня, в первый раз после разлуки с нею - я видел ее во сне?

ОНА (падает на скамью). О, Боже мой!

ОН (поднимаясь на постели и оживляясь постепенно). Да, да, я ее видел - она, казалось мне, слетела откуда-то - у нее были золотые крылья... Да, да, я видел... Тут была и ты... Она обняла нас обоих... Ничего не сказала - и полетела куда-то, полетела... и все манила нас рукой! И все улыбалась нам! (Он встает, забывшись.)... Да, да, улыбалась, и мы шли за нею... и кто-то пел, так сладко, так хорошо... и сердце мое усладилось, как будто я наплакался вдоволь...

ОНА. Ах!, не смерть ли ее предвещает твой сон! Где ты, моя Параша?

ОН. Где? Может быть, там - дома... О, не плачь - благослови ее... Хотел бы я только видеть ее могилу, лечь подле нее (Останавливается.)... Мне кажется, там что-то шумят, говорят? Слышишь? Кто бы это?

ЯВЛЕНИЕ 2

ТЕ ЖЕ И ИСПРАВНИК.

ИСПРАВНИК. А, здравствуй, Александр Григорьевич! Поздравляю, брат, поздравляю...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. С чем?

ИСПРАВНИК. Да видишь: ты молодец молодцом!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Да, мне теперь лучше...

ИСПРАВНИК. Садись-ка, садись - поговорим! Вот, видишь... (Тихо.) Как начать?

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Вы что-то смущены, Игнатий Ферапонтович? Скажите: не случилось ли несчастия?

ИСПРАВНИК (ходит по хижине). Нет, нет! Так, братец! Что ты все о несчастиях говоришь... Думай, что Бог иногда и счастье нам посылает.

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Его ли щедроты истощатся на человека!

ИСПРАВНИК. Ну, то-то же! Вот тебе, разве нельзя еще ожидать счастья? А?

НЕИЗВЕСТНЫЙ (улыбаясь). Мне?

ИСПРАВНИК. Ну, что ты смеешься? Вот, например, если бы ты получил известие о твоей дочери.

НЕИЗВЕСТНЫЙ (подымаясь).Дочери?

ЖЕНА (приближается). О Параше?

ОБА (с двух сторон). Разве есть письмо от нее?

ИСПРАВНИК. Нет, я так говорю, что если бы...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. А, так! На что же шутите вы такими речами!

Жена подводит его опять к скамейке и поддерживает; двери немного отворяются - видны Леонид и Параша.

ИСПРАВНИК (заметя их, делает знаки, чтобы они не выходили). Вот другая беда - и тех не удержишь! Спрячьтесь, спрячьтесь!

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Что вы говорите, Игнатий Ферапонтович?

ИСПРАВНИК. Так... про себя...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Вы добрый человек, а чуть было не убили меня.

ИСПРАВНИК. Да что ты, братец, в самом деле - не убили! Ведь этак, если бы в самом деле пришло от дочери твоей письмо, так что бы с тобой делать? Если у меня точно есть письмо?

НЕИЗВЕСТНЫЙ (вскакивая). Письмо! От Параши!

ЖЕНА. От нее письмо! Жива ли она? Здорова ли?

ИСПРАВНИК. И если еще она пишет, что и просьбу ее услышали...

НЕИЗВЕСТНЫЙ. Письмо! Отдай мне письмо - ради Бога! (Он падает перед ним на колени.)

ИСПРАВНИК. Ну, была, не была! Умирай же от радости: ты прощен - дочь твоя видела Государя - она едет сюда! (Неизвестный начинает хохотать диким хохотом.) Ну, старый дуралей! Наделал я дела! Так знай же, что она уж здесь - и сын твой с нею!

ГОЛОС ПАРАШИ. Пустите меня! Батюшка! Матушка!

НЕИЗВЕСТНЫЙ (бросается к дверям и вышибает их). Параша! (Она бросается в его объятия без чувств. Леонид на коленях). Мертвая!

ИСПРАВНИК. Живая, братец, живая! Кто от радости умирает! А этот молодец? Ведь это сын твой... О, тьфу пропасть! (Отходит в сторону и плачет.)

ПАРАША. Батюшка! Ты прощен!

НЕИЗВЕСТНЫЙ (в объятиях сына и дочери). Благословенный! Да встретят тебя Ангелы такою радостью, когда ты будешь наш ангел на небесах!

1

Показать полностью… https://vk.com/doc7988693_325666491
209 Кб, 8 сентября 2014 в 22:26 - Россия, Москва, ГИТИС, 2014 г., doc
Рекомендуемые документы в приложении