Всё для Учёбы — студенческий файлообменник
1 монета
docx

Студенческий документ № 071014 из Школа-студия МХАТ

Гомер (греч. ??????) - легендарный древнегреческий поэт-сказитель, которому приписывается создание "Илиады" и "Одиссеи".

Биография

О жизни и личности Гомера достоверно ничего не известно.

Ясно, однако, что "Илиада" и "Одиссея" были созданы значительно позже описываемых в них событий, но раньше VI века до н. э., когда достоверно зафиксировано их существование. Хронологический период, в котором локализует жизнь Гомера современная наука, - приблизительно VIII век до н. э.

Место рождения Гомера неизвестно. За право называться его родиной боролись семь городов: Смирна, Хиос, Колофон, Саламин, Родос, Аргос, Афины. Как сообщают Геродот и Павсаний, умер Гомер на острове Иос архипелага Киклады. Вероятно, "Илиада" и "Одиссея" были сложены на малоазийском побережье Греции, заселенном ионийскими племенами, или на одном из прилегающих островов. Впрочем, гомеровский диалект не дает точных сведений о племенной принадлежности Гомера, так как представляет собой сочетание ионийского и эолийского диалектов древнегреческого языка. Существует предположение, что гомеровский диалект представляет собой одну из форм поэтического койнэ, сформировавшегося задолго до предполагаемого времени жизни Гомера.

Традиционно Гомер изображается слепцом. Наиболее вероятно, что это представление исходит не из реальных фактов жизни Гомера, а представляет собой реконструкцию, характерную для жанра античной биографии. Поскольку многие выдающиеся легендарные прорицатели и певцы были слепыми (например, Тиресий), по античной логике, связывавшей пророческий и поэтический дар, предположение о слепоте Гомера выглядело весьма правдоподобным. Кроме того, певец Демодок в "Одиссее" слепой от рождения[1], что также могло восприниматься автобиографично.

Существует предание о поэтическом поединке Гомера с Гесиодом, описанное в сочинении "Состязание Гомера и Гесиода", созданном не позднее III в. до н. э., а по мнению многих исследователей, и значительно раньше[2]. Поэты якобы встретились на острове Эвбее на играх в честь погибшего Амфидема и читали каждый свои лучшие стихи. Царь Панед, выступивший судьей на состязании, присудил победу Гесиоду, так как тот призывает к земледелию и миру, а не к войне и побоищам. Впрочем, симпатии аудитории были на стороне Гомера.

Кроме "Илиады" и "Одиссеи" Гомеру приписывается ряд произведений, несомненно созданных позднее: "гомеровы гимны", комическую поэму "Маргит" и др.

Значение имени "Гомер" (оно впервые встречается в VII веке до н. э., когда Каллин Эфесский назвал его автором "Фиваиды") пытались объяснить ещё в античности, предлагались варианты "заложник" (Гесихий), "следующий за" (Аристотель) или "слепец" (Эфор Кимский), "но все эти варианты так же неубедительны, как и современные предложения приписать ему значение "слагатель" или "аккомпаниатор". Данное слово в своей ионийской форме ?????? - практически наверняка реальное личное имя".[3]

Гомеровский вопрос

Совокупность проблем, связанных с авторством "Илиады" и "Одиссеи", их возникновением и судьбой до момента записи, получила название "гомеровский вопрос".

Античный период

Легенды этого времени утверждали, что Гомер создал свой эпос на основе поэм поэтессы Фантасии времён Троянской войны.

Аналитики" и "унитарии"

До конца XVIII века в европейской науке господствовало мнение, что автором "Илиады" и "Одиссеи" является Гомер, и что они сохранились примерно в том виде, в котором были им созданы (впрочем, уже аббат д'Обиньяк в 1664 году в своих "Conjectures academiques" утверждал, что "Илиада" и "Одиссея" представляют собой ряд самостоятельных песен, собранных воедино Ликургом в Спарте VIII века до н. э.). Однако в 1788 году Ж. Б. Вилуазон опубликовалсхолии к "Илиаде" из кодекса Venetus A, которые по своему объёму значительно превосходили саму поэму и содержали сотни вариантов, принадлежащих античным филологам (преимущественно, Зенодоту, Аристофану и Аристарху). После этой публикации стало ясно, что александрийские филологи считали сомнительными или даже неподлинными сотни строк гомеровских поэм; они не вычеркивали их из рукописей, но помечали специальным знаком. Чтение схолиев также приводило к выводу, что имеющийся у нас текст Гомера относится к эллинистическому времени, а не к предполагаемому периоду жизни поэта. Отталкиваясь от этих фактов и других соображений (он полагал, что гомеровская эпоха была бесписьменной, и посему поэту было не под силу сочинить поэму такой длины), Фридрих Август Вольф в книге "Пролегомены к Гомеру"[4] выдвинул гипотезу, что обе поэмы очень существенно, радикально изменялись в процессе бытования. Таким образом, согласно Вольфу, невозможно говорить, что "Илиада" и "Одиссея" принадлежат какому-то одному автору.

Формирование текста "Илиады" (в её более или менее современном виде) Вольф относит к VI веку до н. э. Действительно, согласно сообщению ряда античных авторов (в том числе Цицерона), поэмы Гомера были впервые собраны воедино и записаны по указанию афинского тирана Писистрата или его сына Гиппарха. Эта так называемая "писистратова редакция" была нужна, чтобы упорядочить исполнение "Илиады" и "Одиссеи" на Панафинеях. В пользу аналитического подхода свидетельствовали противоречия в текстах поэм, наличие в них разновременных слоёв, пространные отступления от основного сюжета.

О том, как именно сформировались поэмы Гомера, аналитики высказывали различные предположения. Карл Лахманн полагал, что "Илиада" была создана из нескольких песен небольшого размера (так называемая "теория малых песен"). Готфрид Германн, напротив, полагал, что каждая поэма возникли путем постепенного расширения небольшой песни, к которой добавлялся все новый материал (так называемая "теория первоначального ядра").

Оппоненты Вольфа (так называемые "унитарии") выдвигали ряд контраргументов. Во-первых, подвергалась сомнению версия о "писистратовой редакции", так как все сообщения о ней достаточно поздние. Эта легенда могла появиться в эллинистические времена по аналогии с деятельностью тогдашних монархов, которые заботились о приобретении различных рукописей (см. Александрийская библиотека). Во-вторых, противоречия и отступления не свидетельствуют о множественном авторстве, так как неизбежно встречаются в больших произведениях. "Унитарии" доказывали единство автора каждой из поэм, подчеркивая целостность замысла, красоту и симметрию композиции в "Илиаде" и "Одиссее".

Устная теория" и "неоаналитики"

Предположение о том, что поэмы Гомера передавались устно, поскольку автор жил в бесписьменное время, было высказано ещё в древности; поскольку имелись сведения, что в VI веке до н. э. афинский тиран Писистрат дал поручение выработать официальный текст гомеровских поэм.

В 1930-е годы американский профессор Милмэн Пэрри организовал две экспедиции для исследования южнославянского эпоса с целью сравнить эту традицию с текстами Гомера. В результате этого масштабного исследования была сформулирована "устная теория", называемая также "теорией Пэрри-Лорда" (А. Лорд - продолжатель дела рано умершего М. Пэрри). Согласно устной теории, в гомеровских поэмах присутствуют несомненные черты устного эпического сказительства, важнейшей из которых является система поэтических формул. Устный сказитель каждый раз создает песню заново, но считает себя только исполнителем. Две песни на один сюжет, даже если они радикально отличны по длине и словесному выражению, с точки зрения сказителя - одна и та же песня, только "исполненная" по-разному. Сказители неграмотны, так как представление о фиксированном тексте губительно для импровизационной техники.

Таким образом, из устной теории следует, что текст "Илиады" и "Одиссеи" приобрел фиксированную форму при жизни их великого автора или авторов (то есть Гомера). Классический вариант устной теории предполагает запись этих поэм под диктовку, так как при устной передаче в рамках импровизационной традиции их текст радикально изменился бы уже при следующем исполнении. Впрочем, существуют и другие объяснения. Созданы ли обе поэмы одним или двумя авторами, теория не объясняет.

Кроме того, устная теория подтверждает античные представления о том, что "было много поэтов и до Гомера". Действительно, техника устного эпического сказительства является результатом длительного, очевидно, многовекового развития, и не отражает индивидуальные черты автора поэм.

Неоаналитики не являются современными представителями аналитизма. Неоанализ - направление в гомероведении, которое занимается выявлением более ранних поэтических слоев, которые использовал автор (каждой из) поэм. "Илиада" и "Одиссея" сравниваются с киклическими поэмами, которые дошли до нашего времени в пересказах и фрагментах. Таким образом, неоаналитический подход не противоречит господствующей устной теории. Виднейший из современных неоаналитиков - немецкий исследователь Вольфганг Кульманн, автор монографии "Источники Илиады"[5].

Художественные особенности

Одна из важнейших композиционных особенностей "Илиады" - "закон хронологической несовместимости", сформулированный Фаддем Францевичем Зелинским. Он состоит в том, что "У Гомера никогда рассказ не возвращается к точке своего отправления. Отсюда следует, что параллельные действия у Гомера изображаемы быть не могут; поэтическая техника Гомера знает только простое, линейное, а не двойное, квадратное измерение"[6]. Таким образом, иногда параллельные события изображаются как последовательные, иногда же одно из них лишь упоминается или даже замалчивается. Этим объясняются некоторые мнимые противоречия в тексте поэмы.

Исследователи отмечают связность произведений, последовательное развитие действия и цельные образы главных героев. Сравнивая словесное искусство Гомера с изобразительным искусством той эпохи, нередко говорят о геометрическом стиле поэм[7]. Впрочем, о единстве композиции "Илиады" и "Одиссеи" высказываются и противоположные мнения в духе аналитизма[8].

Стиль обеих поэм можно охарактеризовать как формульный. Под формулой при этом понимается не набор штампов, а система гибких (изменяемых) выражений, которые связаны с определенным метрическим местом строки. Таким образом, можно говорить о формуле даже тогда, когда некое словосочетание встречается в тексте лишь однажды, но можно показать, что оно являлось частью этой системы. Кроме собственно формул встречаются повторяющиеся фрагменты из нескольких строк. Например, при пересказе одним героем речей другого, текст может воспроизводиться вновь полностью или почти дословно.

Для Гомера характерны составные эпитеты ("быстроногий", "розоперстая", "громовержец"); значение этих и других эпитетов следует рассматривать не ситуативно, а в рамках традиционной формульной системы. Так, ахейцы "пышнопоножные" даже в том случае, если они описываются не в доспехах, а Ахиллес "быстроногий" даже во время отдыха.

Историческая основа поэм Гомера

В середине XIX века в науке господствовало мнение, что "Илиада" и "Одиссея" неисторичны. Однако раскопки Генриха Шлимана на холме Гиссарлык и в Микенах показали, что это неверно. Позднее были открыты хеттские и египетские документы, в которых обнаруживаются определенные параллели с событиями легендарной Троянской войны. Дешифровка слоговой микенской письменности (Линейное письмо Б) дало много информации о жизни в эпоху, когда происходило действие "Илиады" и "Одиссеи", хотя никаких литературных фрагментов этой письменностью найдено не было. Тем не менее, данные поэм Гомера сложным образом соотносятся с имеющимися археологическими и документальными источниками и не могут использоваться некритично: данные "устной теории" свидетельствуют об очень больших искажениях, которые должны возникать с историческими данными в традициях подобного рода.

В Европе Сложившаяся к концу классической эпохи система образования в Древней Греции была построена на изучении поэм Гомера. Они заучивались частично или даже полностью, по её темам устраивались декламации и т. д. Эта система была заимствована Римом, где место Гомера с I в. н. э. занял Вергилий. В послеклассическую эпоху создавались большие гекзаметрические поэмы на гомеровском диалекте в подражание или в качестве соревнования с "Илиадой" и "Одиссеей". Среди них можно назвать "Аргонавтику" Аполлония Родосского, "Послегомеровские события" Квинта Смирнского и "Приключения Диониса"Нонна Панополитанского. Другие эллинистические поэты, признавая достоинства Гомера, воздерживались от крупной эпической формы, полагая, что "в больших реках мутная вода" (Каллимах[9]), то есть, что только в небольшом произведении можно достичь безупречного совершенства.

В литературе Древнего Рима первое сохранившееся (фрагментарно) произведение - перевод "Одиссеи", выполненный греком Ливием Андроником. Главное произведение римской литературы - героический эпос "Энеида" Вергилия представляет собой подражание "Одиссее" (первые 6 книг) и "Илиаде" (последние 6 книг). Влияние гомеровских поэм можно усматривать практически во всех произведениях античной литературы.

Западному средневековью Гомер практически не известен из-за слишком слабых контактов с Византией и незнания древнегреческого языка, однако гекзаметрический героический эпос сохраняет в культуре большое значение благодаря Вергилию.

В Византии Гомер был хорошо известен и тщательно изучался. До настоящего времени сохранились десятки полных византийских рукописей гомеровских поэм, что беспрецедентно для произведений античной литературы. Кроме того, византийские ученые переписывали, компилировали и создавали схолии и комментарии к Гомеру. Комментарий архиепископа Евстафия к "Илиаде" и "Одиссее" в современном критическом издании занимает семь томов. В последний период существования Византийской империи и после её крушения греческие рукописи и ученые попадают на Запад, и эпоха Возрождения заново открывает для себя Гомера.

Данте Алигьери помещает Гомера в первый круг Ада как добродетельного нехристианина.

В честь Гомера назван кратер на Меркурии.

В России Фрагменты из Гомера переводил ещё Ломоносов, первый большой стихотворный перевод (шесть книг "Илиады" александрийским стихом) принадлежит Ермилу Кострову (1787). Особенно важен для русской культуры перевод "Илиады" Николая Гнедича (закончен в 1829), который был выполнен с оригинала с особенной тщательностью и очень талантливо (по отзывам Пушкина и Белинского).

Также Гомера переводили В. А. Жуковский, В. В. Вересаев и П. А. Шуйский ('Одиссея', 1948, издательство Уральского Университета, тираж 900 экз.)

Одиссея

Краткое содержание поэмы

Время чтения: 25-30 мин.

в оригинале - 5?6 ч.

Троянская война была затеяна богами для того, чтобы кончилось время героев и наступил нынешний, людской, железный век. Кто не погиб у стен Трои, тот должен был погибнуть на обратном пути.

Большинство уцелевших греческих вождей поплыли на родину, как плыли на Трою - общим флотом через Эгейское море. Когда они были на полпути, морской бог Посейдон грянул бурей,корабли разметало, люди утонули в волнах и разбились о скалы. Спастись суждено было только избранным. Но и тем пришлось нелегко. Пожалуй, только старому мудрому Нестору удалось спокойно достигнуть своего царства в городе Пилосе. Одолел бурю верховный царь Агамемнон,но лишь затем, чтобы погибнуть еще более страшной смертью - в родном Аргосе его убила собственная жена и ее мститель-любовник; об этом потом напишет трагедию поэт Эсхил. Менелая с возвращенной ему Еленою занесло ветрами далеко в Египет, и он очень долго добирался до своей Спарты. Но дольше всех и труднее всех был путь хитроумного царя Одиссея, которого море носило по свету десять лет. О его судьбе и сложил Гомер свою вторую поэму: "Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который, / Странствуя долго со дня, как святой Илион им разрушен, / Многих людей города посетил и обычаи видел, / Много и горя терпел на морях, о спасенье заботясь..."

"Илиада" - поэма героическая, действие ее происходит на бранном поле и в военном стане."Одиссея" - поэма сказочная и бытовая, действие ее разворачивается, с одной стороны, в волшебных краях великанов и чудовищ, где скитался Одиссей, с другой - в его маленьком царстве на острове Итаке и в ее окрестностях, где ждали Одиссея его жена Пенелопа и его сын Телемах. Как в "Илиаде"для повествования выбран только один эпизод, "гнев Ахилла", так и в "Одиссее" - только самый конец его странствий, последние два перегона, с дальнего западного края земли до родной Итаки.Обо всем, что было раньше, Одиссей рассказывает на пиру в середине поэмы, и рассказывает очень сжато: на все эти сказочные приключения в поэме приходится страниц пятьдесят из трехсот.В "Одиссее" сказка оттеняет быт, а не наоборот, хотя читатели, и древние и современные, охотнее перечитывали и вспоминали именно сказку.

В Троянской войне Одиссей очень много сделал для греков - особенно там, где нужна была не сила,а ум. Это он догадался связать женихов Елены клятвою сообща помогать ее избраннику против любого обидчика, а без этого войско никогда не собралось бы в поход. Это он привлек в поход юного Ахилла, а без этого победа была бы невозможна. Это он, когда в начале "Илиады" греческое войско после общей сходки едва не ринулось из-под Трои в обратный путь, сумел его остановить. Это он уговаривал Ахилла, когда тот поссорился с Агамемноном, вернуться в бой. Когда после гибели Ахилла доспехи убитого должен был получить лучший воин греческого стана, их получил Одиссей,а не Аякс. Когда Трою не удалось взять осадою, это Одиссей придумал построить деревянного коня,в котором спрятались и проникли таким образом в Трою самые храбрые греческие вожди, - и он в их числе. Богиня Афина, покровительница греков, больше всего из них любила Одиссея и помогала ему на каждом шагу. Зато бог Посейдон его ненавидел - мы скоро узнаем почему, - и это Посейдон своими бурями десять лет не давал ему добраться до родины. Десять лет под Троей, десять лет в странствиях, - и только на двадцатый год его испытаний начинается действие "Одиссеи".

Начинается оно, как и в "Илиаде", "Зевсовой волей". Боги держат совет, и Афина заступается перед Зевсом за Одиссея. Он - в плену у влюбленной в него нимфы Калипсо, на острове в самой середине широкого моря, и томится, напрасно желая "видеть хоть дым, от родных берегов вдалеке восходящий". А в царстве его, на острове Итаке, все уже считают его погибшим, и окрестные вельможи требуют, чтобы царица Пенелопа избрала себе из них нового мужа, а острову - нового царя. Их больше сотни, они живут в Одиссеевом дворце, буйно пируют и пьют, разоряя Одиссеево хозяйство, и развлекаются с Одиссеевыми рабынями. Пенелопа пыталась их обмануть: она сказала,что дала обет объявить свое решение не раньше, чем соткет саван для старого Лаэрта, Одиссеева отца, который вот-вот умрет. Днем она у всех на виду ткала, а ночью тайно распускала сотканное.Но служанки выдали ее хитрость, и ей все труднее стало сопротивляться настояниям женихов. С нею сын ее Телемах, которого Одиссей оставил еще младенцем; но он молод, и с ним не считаются.

И вот к Телемаху приходит незнакомый странник, называет себя старым другом Одиссея и дает ему совет: "Снаряди корабль, обойди окрестные земли, собери вести о пропавшем Одиссее; если услышишь, что он жив, - скажешь женихам, чтобы ждали еще год; если услышишь, что мертв, - скажешь, что справишь поминки и склонишь мать к замужеству". Посоветовал и исчез - ибо в образе его являлась сама Афина. Так Телемах и поступил. Женихи противились, но Телемаху удалось уйти и сесть на корабль незамеченным - ибо и в этом ему помогла все та же Афина.

Телемах плывет на материк - сперва в Пилос к дряхлому Нестору, потом в Спарту к только что вернувшимся Менелаю и Елене. Словоохотливый Нестор рассказывает, как плыли герои из-подТрои и тонули в буре, как погиб потом в Аргосе Агамемнон и как отомстил убийце его сын Орест; но о судьбе Одиссея он ничего не знает. Гостеприимный Менелай рассказывает, как он, Менелай,заблудившись в своих странствиях, на египетском берегу подстерег вещего морского старца,тюленьего пастуха Протея, умевшего обращаться и в льва, и в вепря, и в барса, и в змея, и в воду,и в дерево; как боролся он с Протеем, и одолел его, и узнал у него обратный путь; а заодно узнал и о том, что Одиссей жив и страдает среди широкого моря на острове нимфы Калипсо. Обрадованный этою вестью, Телемах собирается воротиться на Итаку, но тут Гомер прерывает свой рассказ о нем и обращается к судьбе Одиссея.

Заступничество Афины помогло: Зевс посылает к Калипсо вестника богов Гермеса: время настало,пора отпустить Одиссея. Нимфа горюет: "Для того ли я спасла его из моря, для того ли хотела одарить его бессмертьем?" - но ослушаться не смеет. Корабля у Одиссея нет - нужно сколотить плот. Четыре дня он работает топором и буравом, на пятый - плот спущен. Семнадцать дней плывет он под парусом, правя по звездам, на восемнадцатый разражается буря. Это Посейдон, увидя ускользающего от него героя, взмел пучину четырьмя ветрами, бревна плота разлетелись, как солома. "Ах, зачем не погиб я под Троей!" - вскричал Одиссей. Помогли Одиссею две богини: добрая морская нимфа бросила ему волшебное покрывало, спасающее от потопления, а верная Афина уняла три ветра, оставив четвертый нести его вплавь к ближнему берегу. Два дня и две ночи плывет он,не смыкая глаз, а на третий волны выбрасывают его на сушу. Голый, усталый, беспомощный,он зарывается в кучу листьев и засыпает мертвым сном.

Это была земля блаженных феаков, над которыми правил добрый царь Алкиной в высоком дворце: медные стены, золотые двери, шитые ткани на лавках, спелые плоды на ветках, вечное лето над садом. У царя была юная дочь Навсикая; ночью ей явилась Афина и сказала: "Скоро тебе замуж,а одежды твои не стираны; собери служанок, возьми колесницу, ступайте к морю, выстирайте платья". Выехали, выстирали, высушили, стали играть в мяч; мяч залетел в море, девушки громко вскрикнули, крик их разбудил Одиссея. Он поднимается из кустов, страшный, покрытый морскою засохшею тиной, и молит: "Нимфа ли ты или смертная, помоги: дай мне прикрыть наготу, укажи мне дорогу к людям, и да пошлют тебе боги доброго мужа". Он омывается, умащается, одевается,и Навсикая, любуясь, думает: "Ах, если бы дали мне боги такого мужа". Он идет в город, входит к царю Алкиною, рассказывает ему о своей беде, но себя не называет; тронутый Алкиной обещает,что феакийские корабли отвезут его, куда он ни попросит.

Одиссей сидит на Алкиноевом пиру, а мудрый слепой певец Демодок развлекает пирующих песнями."Спой о Троянской войне!" - просит Одиссей; и Демодок поет об Одиссеевом деревянном коне и о взятии Трои. У Одиссея слезы на глазах. "Зачем ты плачешь? - говорит Алкиной. - Для того и посылают боги героям смерть, чтобы потомки пели им славу. Верно, у тебя пал под Троею кто-тоиз близких?" И тогда Одиссей открывается: "Я - Одиссей, сын Лаэрта, царь Итаки, маленькой,каменистой, но дорогой сердцу..." - и начинает рассказ о своих скитаниях. В рассказе этом - девять приключений.

Первое приключение - у лотофагов. Буря унесла Одиссеевы корабли из-под Трои на дальний юг,где растет лотос - волшебный плод, отведав которого, человек забывает обо всем и не хочет в жизни ничего, кроме лотоса. Лотофаги угостили лотосом Одиссеевых спутников, и те забыли о родной Итаке и отказались плыть дальше. Силою их, плачущих, отвели на корабль и пустились в путь.

Второе приключение - у циклопов. Это были чудовищные великаны с одним глазом посреди лба; они пасли овец и коз и не знали вина. Главным среди них был Полифем, сын морского Посейдона.Одиссей с дюжиной товарищей забрел в его пустую пещеру. Вечером пришел Полифем, огромный,как гора, загнал в пещеру стадо, загородил выход глыбой, спросил: "Кто вы?" - "Странники, Зевс наш хранитель, мы просим помочь нам". - "Зевса я не боюсь!" - и циклоп схватил двоих,размозжил о стену, сожрал с костями и захрапел. Утром он ушел со стадом, опять заваливши вход; и тут Одиссей придумал хитрость. Он с товарищами взял циклопову дубину, большую, как мачта,заострил, обжег на огне, припрятал; а когда злодей пришел и сожрал еще двух товарищей, то поднес ему вина, чтобы усыпить. Вино понравилось чудовищу. "Как тебя зовут?" - спросил он. "Никто!" - ответил Одиссей. "За такое угощение я тебя, Никто, съем последним!" - и хмельной циклоп захрапел. Тут Одиссей со спутниками взяли дубину, подошли, раскачали ее и вонзили в единственный великанов глаз. Ослепленный людоед взревел, сбежались другие циклопы: "Кто тебя обидел, Полифем?" - "Никто!" - "Ну, коли никто, то и шуметь нечего" - и разошлись.А чтобы выйти из пещеры, Одиссей привязал товарищей под брюхо циклоповым баранам, чтобы тот их не нащупал, и так вместе со стадом они покинули утром пещеру. Но, уже отплывая, Одиссей не стерпел и крикнул:

"Вот тебе за обиду гостям казнь от меня, Одиссея с Итаки!" И циклоп яростно взмолился отцу своему Посейдону: "Не дай Одиссею доплыть до Итаки - а если уж так суждено, то пусть доплывет нескоро,один, на чужом корабле!" И бог услышал его молитву.

Третье приключение - на острове бога ветров Эола. Бог послал им попутный ветер, а остальные завязал в кожаный мешок и дал Одиссею: "Доплывешь - отпусти". Но когда уже виднелась Итака,усталый Одиссей заснул, а спутники его развязали мешок раньше времени; поднялся ураган,их примчало обратно к Эолу. "Значит, боги против тебя!" - гневно сказал Эол и отказался помогать ослушнику.

Четвертое приключение - у лестригонов, диких великанов-людоедов. Они сбежались к берегу и обрушили огромные скалы на Одиссеевы корабли; из двенадцати судов погибло одиннадцать,Одиссей с немногими товарищами спасся на последнем.

Пятое приключение - у волшебницы Кирки, царицы Запада, всех пришельцев обращавшей в зверей.Одиссеевым посланцам она поднесла вина, меда, сыра и муки с ядовитым зельем - и они обратились в свиней, а она загнала их в хлев. Спасся один и в ужасе рассказал об этом Одиссею; тот взял лук и пошел на помощь товарищам, ни на что не надеясь. Но Гермес, вестник богов, дал ему божье растение: корень черный, цветок белый, - и чары оказались бессильны против Одиссея. Угрожая мечом, он заставил волшебницу вернуть человечий облик его друзьям и потребовал: "Вороти нас в Итаку!" - "Спроси путь у вещего Тиресия, пророка из пророков", - сказала колдунья. "Но он же умер!" - "Спроси у мертвого!" И она рассказала, как это сделать.

Шестое приключение - самое страшное: спуск в царство мертвых. Вход в него - на краю света,в стране вечной ночи. Души мертвых в нем бесплотны, бесчувственны и бездумны, но, выпив жертвенной крови, обретают речь и разум. На пороге царства мертвых Одиссей зарезал в жертву черного барана и черную овцу; души мертвых слетелись на запах крови, но Одиссей отгонял их мечом, пока перед ним не предстал вещий Тиресий. Испив крови, он сказал:

"Беды ваши - за обиду Посейдону; спасение ваше - если не обидите еще и Солнце-Гелиоса; если же обидите - ты вернешься в Итаку, но один, на чужом корабле, и нескоро. Дом твой разоряют женихи Пенелопы; но ты их осилишь, и будет тебе долгое царство и мирная старость". После этого Одиссей допустил к жертвенной крови и других призраков. Тень его матери рассказала, как умерла она от тоски по сыну; он хотел обнять ее, но под руками его был только пустой воздух. Агамемнон рассказал, как погиб он от своей жены: "Будь, Одиссей, осторожен, на жен полагаться опасно".Ахилл сказал ему:

"Лучше мне быть батраком на земле, чем царем между мертвых". Только Аякс не сказал ничего,не простив, что Одиссею, а не ему достались доспехи Ахилла. Издали видел Одиссей и адского судью Миноса, и вечно казнимых гордеца Тантала, хитреца Сизифа, наглеца Тития; но тут ужас охватил его, и он поспешил прочь, к белому свету.

Седьмым приключением были Сирены - хищницы, обольстительным пением заманивающие мореходов на смерть. Одиссей перехитрил их: спутникам своим он заклеил уши воском, а себя велел привязать к мачте и не отпускать, несмотря ни на что. Так они проплыли мимо, невредимые,а Одиссей еще и услышал пение, слаще которого нет.

Восьмым приключением был пролив между чудовищами Сциллой и Харибдой: Сцилла - о шести головах, каждая с тремя рядами зубов, и о двенадцати лапах; Харибда - об одной гортани, но такой,что одним глотком затягивает целый корабль. Одиссей предпочел Сциллу Харибде - и был прав: она схватила с корабля и шестью ртами сожрала шестерых его товарищей, но корабль остался цел.

Девятым приключением был остров Солнца-Гелиоса, где паслись его священные стада - семь стад красных быков, семь стад белых баранов. Одиссей, памятуя завет Тиресия, взял с товарищей страшную клятву не касаться их; но дули противные ветры, корабль стоял, спутники изголодались и,когда Одиссей заснул, зарезали и съели лучших быков. Было страшно: содранные шкуры шевелились, и мясо на вертелах мычало. Солнце-Гелиос, который все видит, все слышит, все знает,взмолился Зевсу: "Накажи обидчиков, не то я сойду в подземное царство и буду светить среди мертвых". И тогда, как стихли ветры и отплыл от берега корабль, Зевс поднял бурю, грянул молнией, корабль рассыпался, спутники потонули в водовороте, а Одиссей один на обломке бревна носился по морю девять дней, пока не выбросило его на берег острова Калипсо.

Так заканчивает Одиссей свою повесть.

Царь Алкиной исполнил обещание: Одиссей взошел на феакийский корабль, погрузился в очарованный сон, а проснулся уже на туманном берегу Итаки. Здесь его встречает покровительница Афина. "Пришла пора для твоей хитрости, - говорит она, - таись, стерегись женихов и жди сына твоего Телемаха!" Она касается его, и он делается неузнаваем: стар, лыс, нищ,с посохом и сумою. В этом виде идет он в глубь острова - просить приюта у старого доброго свинопаса Евмея. Евмею он рассказывает, будто родом он с Крита, воевал под Троей, знал Одиссея,плавал в Египет, попал в рабство, был у пиратов и еле спасся. Евмей зовет его в хижину, сажает к очагу, угощает, горюет о пропавшем без вести Одиссее, жалуется на буйных женихов, жалеет царицу Пенелопу и царевича Телемаха. На другой день приходит и сам Телемах, вернувшийся из своего странствия, - конечно, его тоже направила сюда сама Афина, Перед ним Афина возвращает Одиссею настоящий его облик, могучий и гордый. "Не бог ли ты?" - вопрошает Телемах. "Нет, я отец твой", - отвечает Одиссей, и они, обнявшись, плачут от счастья.

Близится конец. Телемах отправляется в город, во дворец; за ним бредут Евмей и Одиссей, снова в образе нищего. У дворцового порога совершается первое узнание: дряхлый Одиссеев пес,за двадцать лет не забывший голос хозяина, поднимает уши, из последних сил подползает к нему и умирает у его ног. Одиссей входит в дом, обходит горницу, просит подаяния у женихов, терпит насмешки и побои. Женихи стравливают его с другим нищим, моложе и крепче; Одиссей неожиданно для всех опрокидывает его одним ударом. Женихи хохочут: "Пусть тебе Зевс за это пошлет, чего ты желаешь!" - и не знают, что Одиссей желает им скорой погибели. Пенелопа зовет чужестранца к себе: не слышал ли он вестей об Одиссее? "Слышал, - говорит Одиссей, - он в недальнем краю и скоро прибудет". Пенелопе не верится, но она благодарна гостю. Она велит старой служанке омыть страннику перед сном его пыльные ноги, а самого его приглашает быть во дворце на завтрашнем пиру. И здесь совершается второе узнание: служанка вносит таз, прикасается к ногам гостя и чувствует на голени шрам, какой был у Одиссея после охоты на кабана в его молодые годы. Руки ее задрожали, нога выскользнула: "Ты - Одиссей!" Одиссей зажимает ей рот: "Да, это я, но молчи - иначе погубишь все дело!"

Наступает последний день. Пенелопа созывает женихов в пиршественную горницу: "Вот лук моего погибшего Одиссея; кто натянет его и пустит стрелу сквозь двенадцать колец на двенадцати секирах в ряд, тот станет моим мужем!" Один за другим сто двадцать женихов примериваются к луку - ни единый не в силах даже натянуть тетиву. Они уже хотят отложить состязание до завтра - но тут встает Одиссей в своем нищем виде: "Дайте и мне попытать: ведь и я когда-то был сильным!"Женихи негодуют, но Телемах заступается за гостя:

"Я - наследник этого лука, кому хочу - тому даю; а ты, мать, ступай к своим женским делам".Одиссей берется за лук, легко сгибает его, звенит тетивой, стрела пролетает сквозь двенадцать колец и вонзается в стену. Зевс гремит громом над домом, Одиссей выпрямляется во весь богатырский рост,рядом с ним Телемах с мечом и копьем. "Нет, не разучился я стрелять: попробую теперь другую цель!" И вторая стрела поражает самого наглого и буйного из женихов. "А, вы думали, что мертв Одиссей? нет, он жив для правды и возмездия!" Женихи хватаются за мечи, Одиссей разит их стрелами, а когда кончаются стрелы - копьями, которые подносит верный Евмей. Женихи мечутся по палате, незримая Афина помрачает их ум и отводит их удары от Одиссея, они падают один за другим. Груда мертвых тел громоздится посреди дома, верные рабы и рабыни толпятся вокруг и ликуют, видя господина.

Пенелопа ничего не слышала: Афина наслала на нее в ее тереме глубокий сон. Старая служанка бежит к ней с радостною вестью: Одиссей вернулся. Одиссей покарал женихов! Она не верит: нет,вчерашний нищий совсем не похож на Одиссея, каким он был двадцать лет назад; а женихов покарали, наверно, разгневанные боги. "Что ж, - говорит Одиссей, - если в царице такое недоброе сердце, пусть мне постелят постель одному". И тут совершается третье, главное узнание."Хорошо, - говорит Пенелопа служанке, - вынеси гостю в его покой постель из царской спальни".- "Что ты говоришь, женщина? - восклицает Одиссей, - эту постель не сдвинуть с места, вместо ножек у нее - пень масличного дерева, я сам когда-то сколотил ее на нем и приладил". И в ответ Пенелопа плачет от радости и бросается к мужу: это была тайная, им одним ведомая примета.

Это победа, но это еще не мир. У павших женихов остались родичи, и они готовы мстить.Вооруженной толпой они идут на Одиссея, он выступает им навстречу с Телемахом и несколькими подручными. Уже гремят первые удары, проливается первая кровь, - но Зевсова воля кладет конец затевающемуся раздору. Блещет молния, ударяя в землю между бойцами, грохочет гром, является Афина с громким криком: "...Крови не лейте напрасно и злую вражду прекратите!" - и устрашенные мстители отступают. И тогда:

"Жертвой и клятвой скрепила союз меж царем и народом / Светлая дочь громовержца, богиня Афина Паллада".

Этими словами заканчивается "Одиссея".

Илиада Краткое содержание поэмы

Время чтения: 15-20 мин.

в оригинале - 7?8 ч.

Мифы большинства народов - это мифы прежде всего о богах. Мифы Древней Греции - исключение: в большей и лучшей части их рассказывается не о богах, а о героях. Герои - это сыновья, внуки и правнуки богов от смертных женщин; они совершали подвиги, очищали землю от чудовищ, наказывали злодеев и тешили свою силу в междоусобных войнах. Когда Земле стало от них тяжело, боги сделали так, чтобы они сами перебили друг друга в самой великой войне - Троянской: "...и у стен Илиона / Племя героев погибло - свершилася Зевсова воля".

"Илион", "Троя" - два названия одного и того же могучего города в Малой Азии, возле берега Дарданелл. По первому из этих имен великая греческая поэма о Троянской войне называется"Илиада". До нее в народе существовали только короткие устные песни о подвигах героев вроде былин или баллад. Большую поэму из них сложил легендарный слепой певец Гомер, и сложил очень искусно: выбрал только один эпизод из долгой войны и развернул его так, что в нем отразился весь героический век. Этот эпизод - "гнев Ахилла", величайшего из последнего поколения греческих героев.

Троянская война длилась десять лет. В поход на Трою собрались десятки греческих царей и вождей на сотнях кораблей с тысячами воинов: перечень их имен занимает в поэме несколько страниц.Главным вождем был сильнейший из царей - правитель города Аргос Агамемнон; с ним были брат его Менелай (ради которого и началась война), могучий Аякс, пылкий Диомед, хитроумный Одиссей,старый мудрый Нестор и другие; но самым храбрым, сильным и ловким был юный Ахилл, сын морской богини Фетиды, которого сопровождал друг его Патрокл. Троянцами же правил седой царь Приам, во главе их войска стоял доблестный сын Приама Гектор, при нем брат его Парис (из-закоторого и началась война) и много союзников со всей Азии. Сами боги участвовали в войне: троянцам помогал сребролукий Аполлон, а грекам - небесная царица Гера и мудрая воительница Афина.Верховный же бог, громовержец Зевс, следил за битвами с высокого Олимпа и вершил свою волю.

Началась война так. Справлялась свадьба героя Пелея и морской богини Фетиды - последний брак между богами и смертными. (Это тот самый брак, от которого родился Ахилл.) На пиру богиня раздора бросила золотое яблоко, предназначенное "прекраснейшей". Из-за яблока заспорили трое: Гера, Афина и богиня любви Афродита. Зевс приказал рассудить их спор троянскому царевичу Парису. Каждая из богинь обещала ему свои дары: Гера обещала сделать его царем над всем миром,Афина - героем и мудрецом, Афродита - мужем красивейшей из женщин. Парис отдал яблоко Афродите. После этого Гера с Афиной и стали вечными врагами Трои. Афродита же помогла Парису обольстить и увезти в Трою красивейшую из женщин - Елену, дочь Зевса, жену царя Менелая.Когда-то к ней сватались лучшие богатыри со всей Греции и, чтобы не перессориться, сговорились так: пусть сама выберет, кого хочет, а если кто попробует отбить ее у избранника, все остальные пойдут на него войной. (Каждый надеялся, что избранником будет он.) Тогда Елена выбрала Менелая; теперь же ее отбил у Менелая Парис, и все бывшие ее женихи пошли на него войной.Только один, самый молодой, не сватался к Елене, не участвовал в общем уговоре и шел на войну только для того, чтобы блеснуть доблестью, явить силу и стяжать славу. Это был Ахилл. Так чтобыпо-прежнему никто из богов не вмешивался в битву. Троянцы продолжают свой натиск, во главе их - Гектор и Сарпедон, сын Зевса, последний из сыновей Зевса на земле. Ахилл из своего шатра холодно наблюдает, как бегут греки, как подступают троянцы к самому их лагерю: вот-вот они подожгут греческие корабли. Гера с вышины тоже видит бегство греков и в отчаянии решается на обман, чтобы отвлечь суровое внимание Зевса. Она предстает перед ним в волшебном поясе Афродиты, возбуждающем любовь, Зевс вспыхивает страстью и соединяется с нею на вершине Иды; золотое облако окутывает их, а земля вокруг расцветает шафраном и гиацинтами. За любовью приходит сон, и, пока Зевс спит, греки собираются с духом и приостанавливают троянцев. Но сон недолог; Зевс пробуждается, Гера дрожит перед его гневом, а он говорит ей: "Умей терпеть: все будет по-твоему и греки победят троянцев, но не раньше, чем Ахилл усмирит гнев и выйдет в бой: так обещал я богине Фетиде".

Но Ахилл еще не готов "сложить гнев", и на помощь грекам вместо него выходит друг его Патрокл: ему больно смотреть на товарищей в беде. Ахилл дает ему своих воинов, свои доспехи, которых привыкли бояться троянцы, свою колесницу, запряженную вещими конями, умеющими говорить и прорицать. "Отрази троянцев от лагеря, спаси корабли, - говорит Ахилл, - но не увлекайся преследованьем, не подвергай себя опасности! О, пусть бы погибли все и греки и троянцы, - мы бы с тобою одни вдвоем овладели бы Троей!" И впрямь, увидев доспехи Ахилла, троянцы дрогнули и поворотили вспять; и тогда-то Патрокл не удержался и бросился их преследовать. Навстречу ему выходит Сарпедон, сын Зевса, и Зевс, глядя с высоты, колеблется: "Не спасти ли сына?" - а недобрая Гера напоминает:

"Нет, пусть свершится судьба!" Сарпедон рушится, как горная сосна, вокруг его тела закипает бой,а Патрокл рвется дальше, к воротам Трои. "Прочь! - кричит ему Аполлон, - не суждено Трою взять ни тебе, ни даже Ахиллу". Тот не слышит; и тогда Аполлон, окутавшись тучей, ударяет его по плечам, Патрокл лишается сил, роняет щит, шлем и копье, Гектор наносит ему последний удар,и Патрокл, умирая, говорит: "Но и сам ты падешь от Ахилла!"

До Ахилла долетает весть: Патрокл погиб, в его, Ахилловых, доспехах красуется Гектор, друзья с трудом вынесли из битвы мертвое тело героя, торжествующие троянцы преследуют их по пятам.Ахилл хочет броситься в бой, но он безоружен; он выходит из шатра и кричит, и крик этот так страшен, что троянцы, содрогнувшись, отступают. Опускается ночь, и всю ночь Ахилл оплакивает друга и грозит троянцам страшным отмщеньем; а тем временем по просьбе матери его, Фетиды,хромой бог-кузнец Гефест в своей медной кузнице выковывает для Ахилла новое дивное оружие. Это панцирь, шлем, поножи и щит, а на щите изображен целый мир: солнце и звезды, земля и море,мирный город и воюющий город, в мирном городе суд и свадьба, пред воюющим городом засада и битва, а вокруг - сельщина, пахота, жатва, пастбище, виноградник, деревенский праздник и пляшущий хоровод, а посредине его - певец с лирою.

Наступает утро, Ахилл облачается в божественные доспехи и созывает греческое войско на сходку.Гнев его не угас, но теперь он обращен не на Агамемнона, а на тех, кто погубил его друга, - на троянцев и Гектора. Агамемнону он предлагает примирение, и тот с достоинством его принимает:"Зевс и Судьба ослепили меня, а сам я невинен". Брисеида возвращена Ахиллу, богатые дары внесены в его шатер, но Ахилл почти на них не смотрит: он рвется в бой, он хочет мстить.

Наступает четвертая битва. Зевс снимает запреты: пусть сами боги бьются, за кого хотят! Ратница Афина сходится в бою с неистовым Аресом, державная Гера - с лучницей Артемидой, морской Посейдон должен сойтись с Аполлоном, но тот останавливает его печальными словами: "Нам ли с тобой воевать из-за смертного рода людского? / Листьям недолгим в дубраве подобны сыны человечьи: / Ныне цветут они в силе, а завтра лежат бездыханны. / Распри с тобой не хочу я: пускай они сами враждуют!.."

Ахилл страшен. Он схватился с Энеем, но боги вырвали Энея из его рук: Энею не судьба пасть от Ахилла, он должен пережить и Ахилла, и Трою. Разъяренный неудачей, Ахилл губит троянцев без счета, трупы их загромождают реку, речной бог Скамандр нападает на него, захлестывая валами,но огненный бог Гефест усмиряет речного.

Уцелевшие троянцы толпами бегут спасаться в город; Гектор один, во вчерашних Ахилловых доспехах, прикрывает отступление. На него налетает Ахилл, и Гектор обращается в бегство, вольное и невольное: он боится за себя, но хочет отвлечь Ахилла от других. Три раза обегают они город,а боги смотрят на них с высот. Вновь Зевс колеблется: "Не спасти ли героя?" - но Афина ему напоминает:

"Пусть свершится судьба". Вновь Зевс поднимает весы, на которых лежат два жребия - на этот раз Гекторов и Ахиллов. Чаша Ахилла взлетела ввысь, чаша Гектора наклонилась к подземному царству.И Зевс дает знак: Аполлону - покинуть Гектора, Афине - прийти на помощь Ахиллу. Афина удерживает Гектора, и он сходится с Ахиллом лицом к лицу. "Обещаю, Ахилл, - говорит Гектор, - если я тебя убью, то сниму с тебя доспехи, а тела не трону; обещай мне то же и ты". "Нет места обещаньям: за Патрокла я сам растерзаю тебя и напьюсь твоей крови!" - кричит Ахилл. Копье Гектора ударяет в Гефестов щит, но тщетно; копье Ахилла ударяет в Гекторово горло, и герой падает со словами: "Бойся мести богов: и ты ведь падешь вслед за мною". "Знаю, но прежде - ты!" - отвечает Ахилл. Он привязывает тело убитого врага к своей колеснице и гонит коней вокруг Трои, глумясь над погибшим, а на городской стене плачет о Гекторе старый Приам, плачет вдовица Андромаха и все троянцы и троянки.

Патрокл отомщен. Ахилл устраивает другу пышное погребение, убивает над его телом двенадцать троянских пленников, справляет поминки. Казалось бы, гнев его должен утихнуть, но он не утихает.Трижды в день Ахилл гонит свою колесницу с привязанным телом Гектора вокруг Патроклова кургана; труп давно бы разбился о камни, но его незримо оберегал Аполлон. Наконец вмешивается Зевс - через морскую Фетиду он объявляет Ахиллу: "Не свирепствуй сердцем! ведь и тебе уже не долго осталось жить. Будь человечен: прими выкуп и отдай Гектора для погребения". И Ахилл говорит: "Повинуюсь".

Ночью к шатру Ахилла приходит дряхлый царь Приам; с ним - повозка, полная выкупных даров.Сами боги дали ему пройти через греческий лагерь незамеченным. Он припадает к коленям Ахилла:"Вспомни, Ахилл, о твоем отце, о Пелее! Он так же стар; может быть, и его теснят враги; но ему легче,потому что он знает, что ты жив, и надеется, что ты вернешься. Я же одинок: из всех моих сыновей надеждою мне был только Гектор - и вот его уже нет. Ради отца пожалей меня, Ахилл: вот я целую твою руку, от которой пали мои дети". "Так говоря, он печаль об отце возбудил в нем и слезы - / Оба заплакали громко, в душе о своих вспоминая: / Старец, простершись у ног Ахилла, - о Гекторе храбром, / Сам же Ахилл-то о милом отце, то о друге Патрокле".

Равное горе сближает врагов: только теперь затихает долгий гнев в Ахилловом сердце. Он принимает дары, отдает Приаму тело Гектора и обещает не тревожить троянцев, пока они не предадут своего героя земле. Рано на заре возвращается Приам с телом сына в Трою, и начинается оплакивание: плачет над Гектором старая мать, плачет вдова Андромаха, плачет Елена, из-за которой началаськогда-то война. Зажигается погребальный костер, останки собирают в урну, урну опускают в могилу,над могилой насыпают курган, по герою справляют поминальный пир. "Так воителя Гектора Трои сыны погребали" - этой строчкой заканчивается "Илиада".

До конца Троянской войны оставалось еще немало событий. Троянцы, потеряв Гектора, уже не осмеливались выходить за городские стены. Но на помощь им приходили и бились с Гектором другие, все более дальние народы: из Малой Азии, из сказочной земли амазонок, из дальней Эфиопии.Самым страшным был вождь эфиопов, черный исполин Мемнон, тоже сын богини; он сразился с Ахиллом, и Ахилл его ниспроверг. Тогда-то и бросился Ахилл на приступ Трои - тогда-то и погиб он от стрелы Париса, которую направил Аполлон. Греки, потеряв Ахилла, уже не надеялись взять Трою силой - они взяли ее хитростью, заставив троянцев ввезти в город деревянного коня,в котором сидели греческие витязи. Об этом потом расскажет в своей "Энеиде" римский поэт Вергилий. Троя была стерта с лица земли, а уцелевшие греческие герои пустились в обратный путь.

Показать полностью… https://vk.com/doc-30680500_46058380
86 Кб, 19 января 2012 в 23:31 - Россия, Москва, Школа-студия МХАТ, 2012 г., docx
Рекомендуемые документы в приложении