Всё для Учёбы — студенческий файлообменник
1 монета
pdf

Студенческий документ № 091241 из МЭГУ

Функциональное картирование речевых зон мозга человека:

перспективы использования метода магнитоэнцефалографии (МЭГ)1

А. В. Буторина

научный сотрудник центра нейрокогнитивных исследований Московского городского психолого5 педагогического университета, Москва

А. Н. Шестакова

кандидат наук, старший научный сотрудник Санкт5Петербургского государственного университета, Санкт5Петербург

А. Ю. Николаева

аспирант психологического института Российской академии образования, Москва

Т. А. Строганова

доктор биологических наук, руководитель центра нейрокогнитивных исследований

(МЭГ5центр) Московского городского психолого5педагогического университета, Москва

Ю. Ю. Штыров

кандидат наук, старший научный сотрудник, руководитель лаборатории

магнитоэнцефалографии института исследований познания и мозга Совета Медицинских Исследований, Кембридж, Великобритания

На сегодняшний день в клинической практике и научных исследованиях остро стоит проблема локализации речевых зон человека. Несмотря на то что два важнейших центра речи человека были выявлены достаточно давно (зоны Брока и Вернике, отвечающие за порождение и понимание речи соответст7 венно), их расположение и даже полушарная латерализация могут сильно ва7 рьировать, создавая необходимость в надежной методике картирования, при7 менимой к индивидуальным испытыемым, несмотря на анатомические и функциональные различия.

Одним из самых надежных методов определения межполушарной асимме7 трии в речевой функции является проба Вада. Данный метод используется в клинике, однако является инвазивной процедурой, что делает его не приме7 нимым в научных целях. Другая группа методов основывается на регистрации кровотока мозга (функциональная магнитно7резонансная томография, пози7 тронно7эмиссионная томография и т. д.); данные методы безопасны для чело7 века, но их надежность невелика, а скорость не позволяет регистрировать кратковременную мгновенную активацию в мозге. Последнее делает очевид7 ной необходимость использования методов с высоким временным разреше7 нием: электроэнцефалографии и магнитоэнцефалографии.

Последние экспериментальные данные говорят о том, что речевые зоны вклю7 чаются в обработку уже в течение первых 200 мс. Одна из экспериментальных па7 радигм - так называемая оддболл7парадигма - позволяет регистрировать компо7 нент негативности рассогласования (mismatch negativity), имеющий латентность 100-200 мс. Характерные для этого мозгового ответа высокая временная точность, уровень соотношения сигнала к шуму и автоматизм генерации позволяют предло7 жить его в качестве перспективного метода картирования речевых зон.

Ключевые слова: картирование, речевые зоны, магнитоэнцефалография, электроэнцефалография, негативность рассогласования.

До недавнего времени проблема ло7 кализации речевых зон в коре мозга че7 ловека казалась практически решенной. Еще в конце XIX в. были выявлены две важнейшие речевые зоны: зона, отвеча7 ющая за восприятие обращенной к чело7 веку речи, - зона Вернике, расположен7 ная в височной коре, и зона, связанная со способностью порождать речевое вы7 сказывание, - зона Брока, находящаяся в нижнелобных отделах. Как правило, у праворуких испытуемых обе зоны распо7 ложены в левом полушарии [13]. Однако оказалось, что исключения из этого "правила" встречаются достаточно час7 то. Согласно данным Бенсона, чье ис7 следование признается одним из наибо7 лее репрезентативных, среди праворуких пациентов левополушарная локализа7 ция речи была выявлена примерно у 90 % [3]. В остальных случаях имело ме7 сто "атипичное" распределение речевой функции по полушариям. У леворуких пациентов это распределение еще более размыто.

Первоначально локализация в коре зон Брока и Вернике была определена на основании данных, полученных в кли7 нике органических поражений мозга [6]; [49]. Впоследствии "золотым клиничес7 ким стандартом" локализации этих рече7 вых зон в том или ином полушарии стал инвазивный тест, предложенный в 507х годах прошлого века канадским фи7 зиологом Дж. А. Вада [48]. Поочередная кратковременная инактивация полуша7 рий коры мозга с помощью введения в соответствующую каротидную артерию наркотизирующего вещества позволяет определить "доминантное по речи" по7 лушарие у конкретного пациента и та7 ким образом прогнозировать функцио7 нальные выпадения и резервы полуша7 рий большого мозга пациента после про7 ведения нейрохирургического вмеша7 тельства. Данный метод может приме7 няться только с целью защиты речевых зон от возможных повреждений во вре7 мя нейрохирургической операции по удалению опухоли, абсцесса или резек7 ции резистентного эпилептического очага. Метод категорически не пригоден для применения в исследовательской практике. Достаточно высокий процент осложнений, возникающих при прове7 дении данного теста (риск кровоизлия7 ния составляет 10-15 %), создает необ7 ходимость изобретения новых методов локализации речевых зон в коре мозга человека и для клинических целей. Дру7 гая проблема этой методики заключает7 ся в ее недостаточной пространственной точности: она позволяет определить ла7 терализацию речевой функции, но не да7 ет никакой возможности локализовать речевые области внутри полушария, за7 трудняя таким образом предоперацион7 ный прогноз хирургического вмешатель7 ства.

В последние десятилетия многие ис7 следователи стали использовать совре7 менные методы нейровизуализации: функциональную магнитно7резонанс7 ную томографию (фМРТ) и позитронно7 эмиссионную томографию (ПЭТ), что7 бы разрешить проблему неинвазивной локализации когнитивных функций

(в том числе речевой) в коре мозга чело7 века. Основной вывод из этих исследо7 ваний заключался в том, что речевые стимулы, по сравнению с неречевыми, вызывают более массированную актива7 цию в верхней височной извилине в обо7 их полушариях, а феномен левополу7 шарного доминирования обнаруживает7 ся в умеренной степени и только на групповом уровне [8]; [19]; [47]; [50].

Неопределенность локализации в значительной степени связана с выбо7 ром методов исследования. Восприятие речи человеком - чрезвычайно быстрый процесс: смысл слова извлекается из акустических характеристик речевого сигнала в течение долей секунды. По7 этому особенно на ранних стадиях рабо7 та отдельных мозговых структур, участ7 вующих в его обработке, совершается почти мгновенно - за десятые доли се7 кунды [44]. ПЭТ и фМРТ позволяют ви7 зуализировать медленные (секундные) изменения активности мозга на основа7 нии параметров интенсивности крово7 тока. Таким образом, эти методы явля7 ются недостаточно информативными с точки зрения получения данных о моз7 говых основах речевых прессов, по7 скольку не способны уловить кратковре7 менную активацию нейронных популя7 ций. Лишь технологии, обладающие воз7 можностью непосредственной регистра7 ции электрической нейронной активно7 сти, такие как электро7 и магнитоэнце7 фалография (ЭЭГ, МЭГ), могут обеспе7 чить точную информацию о временной динамике.

Методика МЭГ основана на изме7 рении минимальных (порядка 10713 - 10715 тесла, T) магнитных полей и их градиентов, генерируемых синхрон7 ной активностью больших масс ней7 ронов головного мозга. Это достигает7 ся с помощью сверхпроводимых сен7 соров, расположенных в вакууме с температурой, близкой к абсолютному нулю (температура ~4 по Кельвину поддерживается с помощью жидкого гелия). Дальнейшая обработка полу7 ченных данных включает сложные компьютерные алгоритмы, с помо7 щью которых сначала выборочно уси7 ливается и определяется та небольшая часть записанного сигнала, которая исходит собственно от мозга. Этот сигнал необходимо очистить от мощ7 ного общего электромагнитного фо7 нового шума. После того как это сде7 лано, необходимо идентифицировать внутренние источники мозговой ак7 тивности на основе внешней записи. Эта обратная задача является в дан7 ном случае по определению некор7 ректной, поскольку любые внешние показатели могут быть потенциально объяснены с помощью более чем од7 ной конфигурации внутренних источ7 ников. В контексте психофизиологи7 ческого эксперимента ее решение воз7 можно лишь при наложении ограни7 чений, исходящих из природы экспе7 риментальной задачи и знаний о моз7 говых анатомических структур и их функций.

Таким образом, задача функциональ7 ного картирования определяется не только адекватным выбором метода из7 мерения функциональной активности мозга, но и, в не меньшей степени, вы7 бором методических подходов и экспе7 риментальных парадигм, которые смог7 ли бы максимально эффективно исполь7 зовать технологию регистрации и обра7 ботки вызванной электро7магнитной ак7 тивности мозга.

При выборе экспериментальной па7 радигмы необходимо учитывать, что анализ речевой информации сопровож7 дается динамическими изменениями ак7 тивности нейронных ансамблей, причем в доминантном по речи полушарии эти изменения значительно сильнее, чем в

"неречевом" [4]; [11]; [14]; [20]; [26]; [29];

[36]. Для успешного понимания речи мозгу требуется мгновенно расшифро7 вать информацию на самых разных уровнях [30]: он должен успеть опреде7 лить звуки, классифицировать их как фонемы (т. е. именно как речевые зву7 ки), разбить на морфемы и слова, уста7 новить между ними грамматические свя7 зи и использовать их для того, чтобы по7 строить целостную структуру фразы и понять ее смысл, в конце концов встро7 ив его в общий ситуативный контекст.

Слуховой речевой сигнал обладает комплексом физических характеристик, таких как частотные характеристики, длительность пауз, амплитуда и скорость изменения частотного состава. Речевые зоны мозга человека должны обработать акустические особенности слухового ре7 чевого стимула, чтобы приступить к его фонематическому, а затем и семантичес7 кому анализу. Возникает вопрос, в каком временном окне мозг начинает обраба7 тывать речевой сигнал именно как речь, а не как любой другой сложный слухо7 вой стимул? Только после нахождения ответа на этот вопрос можно будет пере7 ходить к проблеме локализации зон моз7 га, занятых в этом процессе.

Экспериментальные данные показы7 вают, что семантический анализ произ7 несенного слова начинается в мозге при7 мерно через 200-300 мсек после начала его звучания [7]; [18]; многие исследова7 тели предлагают и намного более ран7 ний интервал: 50-150 мс [43]; [22]. Сле7 довательно, к этому времени мозг либо уже осуществил фонематическую обра7 ботку слухоречевого стимула - задача, осуществляемая нейросетями в зоне Вернике [21], либо фонематические процессы идут параллельно с остальным анализом речи на более высоком уровне. У праворуких людей при тяжелом по7 вреждении зоны Вернике в левом полу7 шарии теряется способность восприни7 мать речь, а речевые фонемы восприни7 маются ими как шум [13]. Таким обра7 зом, можно предположить, что речевые зоны включаются в обработку уже в те7 чение первых 200 мс звучания слова, и нам необходимо знать, как и что именно происходит в эту пятую долю секунды.

Теоретическая психолингвистика вы7 деляет четыре уровня обработки речи: (1) фонологическая обработка - иден7 тификация фонетических/фонологичес7 ких единиц в звуковом потоке, (2) лек7 сическая - соотнесение последователь7 ности услышанных фонем с "умствен7 ным словарем", (3) семантическая - оп7 ределение смысла речевого стимула и

(4) синтаксическая - анализ граммати7 ческой информации, содержащейся в высказывании.

До сих пор в литературе существуют противоположные взгляды на вопрос, как упорядочены процессы, происходя7 щие на разных уровнях. Одни исследо7 ватели предполагают, что обработка ре7 чевых сигналов происходит последова7 тельно, путем передачи информации от одного уровня обработки к другому [12]. Другие отстаивают гипотезу о парал7 лельной обработке речевых сигналов на этих уровнях [16]; [23]; [44].

В пользу второго предположения су7 ществует ряд экспериментальных под7 тверждений [39]; [42]; [43] Данные нейро7 анатомических и функциональных иссле7 дований говорят о том, что передача ин7 формации между кортиевым органом и корой больших полушарий по самым быс7 трым путям занимает не более 10-20 мс [9], дальнейшие 15-20 мс уходят на то, чтобы передать сигнал из основных слухо7 вых зон в нижние отделы лобной доли и в височные области [43]. Следовательно, су7 ществуют сильные нейробиологические доводы в пользу того, что как минимум первичное извлечение важной лингвисти7 ческой информации из речи (если не ин7 теграция ее в более широкий контекст) может осуществляться уже через ~50 мс после начала обработки.

Единственным способом получения прямых экспериментальных доказательств или опровержений этих гипотез является метод МЭГ, обладающий, как уже было указано выше, временным разрешением на уровне миллисекунд и, в комбинации со структурной МРТ, миллиметровым прост7 ранственным разрешением.

Подобные исследования проводи7 лись с использованием так называемой оддболл7парадигмы (odd7ball paradigm).

В этой парадигме частые (стандартные) слуховые стимулы подаются вперемеш7 ку с редкими (девиантными) стимулами. Разница в ответе слуховой коры мозга на редкие стимулы по сравнению со стан7 дартными получила название негатив7 ности рассогласования - mismatch nega7 tivity (MMN) [1]; [27]. Обычно MMN рассматривают как отражение актива7 ции нейронных сетей кратковременной слуховой памяти, локализация которых в мозге зависит от обрабатываемой слу7 ховой информации. Неудивительно по7 этому, что MMN на слуховые речевые стимулы ведет себя иначе, чем на нере7 чевые [2]; [33]; [41]

Для решения задачи латерализации и локализации речевых зон важна следую7 щая особенность возникновения MMN на речевые стимулы. Именно речевые звуки (фонемы и слова) сопровождаются сильной левосторонней асимметрией MMN, тогда как равные им по сложнос7 ти и интенсивности неречевые слуховые стимулы вызывают одинаковую актива7 цию слуховой коры в обоих полушарий [15]; [46]. Более того, ответ MMN на ре7 чевые фонемы в левом полушарии за7 держан, по сравнению с ответом на не7 речевые стимулы, уравненные с фонема7 ми по сложности физических характери7 стик [10]; [45]. Более того, локализация паттерна MMN на слова с разным смыс7 лом отражает семантические свойства слов, что дополнительно указывает на чувствительность этого ответа к лингви7 стической информации [35]. В связи с этими данными можно предположить, что локализация MMN на речевые сти7 мулы в мозге испытуемого может спо7 собствовать определению его речевых зон, включающихся в работу уже на эта7 пе обработки фонематической инфор7 мации, содержащейся в прозвучавшем слове [31]. Многократно показано, что выделяемый в вызванной речевыми сти7 мулами магнитной активности мозга компонент MMN локализуется в первую очередь в области верхневисочной изви7 лины левого полушария [28]; [37]; [38]; [42]. Более того, характерные для этого мозгового ответа высокая временная

Рис. Пример МЭГответов испытуемого на речевые стимулы. [2] а) представляет собой типич ный пример ответов, зарегистрированных на градиометрах (типе сенсоров), представляющих ответы обоих полушарий. На (в) представлены изопотенциальные карты топографии сило вых линий магнитного поля с шагом в 8 fT). На (c) части иллюстрации показана идея исполь зования индивидуальной МР томограммы испытуемого для более точной локализации ней ронального ответа в височной области; (d) часть представляет собой анализ межполушарной асимметрии по результатам МЭГ картирования для каждого испытуемого. (Адаптировано из Shestakova et al., 2004) точность, высокий уровень соотноше7 ния сигнала к шуму и автоматизм гене7 рации (методика не требует внимания испытуемых к речи) позволяют предло7 жить его в качестве перспективного ме7 тода картирования речевых зон как у здоровых испытуемых, так и у пациен7 тов, ожидающих нейрохирургическое операционное вмешательство.

МЭГ метод является также чрезвы7 чайно перспективным для изучения принципов организации лингвистичес7 ких следов памяти. Бесконечные попыт7 ки идентификации уникальной зоны "хранилища слов" в мозге не увенчались успехом, и сегодня в целом принято, что контуры памяти на слова имеют свойст7 во "распределенности" [24]. Возникает вопрос о принципах формирования та7 ких распределенных ансамблей. Суще7 ствует предположение, что их формиро7 вание происходит по принципу ассоциа7 ции в процессе взаимного усиления свя7 зей между различными (даже удаленны7 ми друг от друга) областями коры мозга. Эти связи образуются в то время, когда человек выучивает действия, слова или понятия в сочетании со словами, кото7 рые используются для их описания [34]. Референциальные значения являются неотрывной частью семантики слова, и мы считаем, что в мозге они реализуют7 ся посредством реализации ассоциатив7 ного научения распределенных нейрон7 ных популяций по принципу Хебба - при одновременной активации пре7 и постсинаптических областей синаптиче7 ская передача усиливается [25].

Если лексические репрезентации представлены как распределенные в ко7 ре нейронные контуры, а действия, ко7 торые означают эти слова, соматотопи7 чески отражаются в моторных зонах мозга [32], из этого следует конкретное предположение, что слова, обозначаю7 щие действия различных частей тела (например, рука или нога), также будут вызывать активацию соответствующих зон моторной коры. Это утверждение подтверждается данными ЭЭГ, МЭГ и фМРТ, что соматотопически специали7 зированные зоны моторной коры акти7 вируются в ответ на классы слов, "коди7 рующих" действие соответствующих ча7 стей тела [17]; [35]; [40]. МЭГ7данные особенно примечательны тем, что они показывают динамику распределенной активности вовлеченных участков коры с высокой временной и пространствен7 ной точностью [5].

Таким образом, за последнее десяти7 летие стало очевидным, что использо7 вание МЭГ7технологии для исследова7 ния мозговой активности, связанной с обработкой речи у взрослых и детей, от7 крывает возможность получения каче7 ственно новых знаний о процессах вос7 приятия и порождения речи, а также о механизмах освоения языка (родного и иностранного). Совмещение данных МЭГ с результатами МРТ сканирова7 ния головного мозга позволят практи7 чески впервые разработать методы не7 инвазивного функционального карти7 рования мозга с целью локализации ре7 чевых зон и определения степени их ла7 терализации.

В Центре нейрокогнитивных иссле7 дований (МЭГ7центре) МГППУ в насто7 ящий момент осуществляется проект по разработке методов и эксперименталь7 ных парадигм для определения латера7 лизации процессов восприятия речевых сигналов на слух и процессов кратковре7 менной слухоречевой памяти.

ЛИТЕРАТУРА

1. Alho K. Cerebral generators of mismatch negativity (MMN) and its magnetic counter part (MMNm) elicited by sound changes // Ear Hear. 1995. Vol. 16. № 1. P. 38-51.

2. Aulanko R., Hari R., Lounasmaa O. V., Naatanen R., Sams M. Phonetic invariance in the human auditory cortex // Neuroreport. 1993. Vol. 4. № 12. P. 1356-1358.

3. Benson D. F. Aphasia and related disorders: a clinical approach. In Principles of behav ioral neurology. Mesulam MM, (editor). Philadelphia: Davis, 1985. Р. 193-238.

4. Binder J. R., Frost J. A., Hammeke T. A., Cox R. W., Rao S. M., Prieto T. Human brain lan guage areas identified by functional magnetic resonance imaging // J Neurosci. 1997. Vol. 17. № 1. P. 353-362.

5. Boulenger V., Shtyrov Y., Pulvermuller F. When do you grasp the idea? MEG evidence for instantaneous idiom understanding // Neuroimage. 2012. Vol. 15 № 59 (4). P. 3502-13.

6. Broca P. Remarques sur le siege de la faculte du langage articule, suivies d'une observa tion d'aphemie // Bulletin de la Societe Anatomique. 1861. Vol. 36. P. 330-357.

7. Connolly J. F., Phillips N. A., Forbes K. A. The effects of phonological and semantic fea tures of sentenceending words on visual eventrelated brain potentials // Electroencephalogr Clin Neurophysiol. 1995. Vol. 94. № 4. P. 276-287.

8. Demonet J. F., Chollet F., Ramsay S., Cardebat D., Nespoulous J. L., Wise R., Rascol A., Frackowiak R. The anatomy of phonological and semantic processing in normal sub jects // Brain. 1992. Vol. 115 ( Pt. 6). №. P. 1753-1768.

9. Eldredge D. H., Miller J. D. Physiology of hearing // Annu Rev Physiol. 1971. №. 33.

P. 281-310. 10. Eulitz C., Diesch E., Pantev C., Hampson S., Elbert T. Magnetic and electric brain activ ity evoked by the processing of tone and vowel stimuli // The Journal of neuroscience : the official journal of the Society for Neuroscience. 1995. 15. № 4. P. 2748-2755.

11. Fiez J. A., Raichle M. E., Balota D. A., Tallal P., Petersen S. E. PET activation of poste rior temporal regions during auditory word presentation and verb generation // Cereb Cortex. 1996. 6. № 1. P. 1-10.

12. Friederici A. D. Towards a neural basis of auditory sentence processing // Trends Cogn Sci. 2002. 6. № 2. P. 78-84.

13. Geschwind N. The organization of language and the brain // Science. 1970. 170. № 3961. P. 940-944.

14. Giraud A. L., Price C. J. The constraints functional neuroimaging places on classical models of auditory word processing // J Cogn Neurosci. 2001. 13. № 6. P. 754-765.

15. Gootjes L., Raij T., Salmelin R., Hari R. Lefthemisphere dominance for processing of vowels: a wholescalp neuromagnetic study // Neuroreport. 1999. 10. № 14. P. 2987- 2991.

16. Hagoort P. The fractionation of spoken language understanding by measuring electri cal and magnetic brain signals // Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2008. 363. № 1493. P. 1055-1069.

17. Hauk O., Shtyrov Y., Pulvermuller F. The time course of action and actionword com prehension in the human brain as revealed by neurophysiology // J Physiol Paris. 2008. 102. № 1-3. P. 50-58.

18. Helenius P., Salmelin R., Richardson U., Leinonen S., Lyytinen H. Abnormal auditory cortical activation in dyslexia 100 msec after speech onset // J Cogn Neurosci. 2002. 14. № 4. P. 603-617.

19. Hickok G., Poeppel D. Dorsal and ventral streams: a framework for understanding aspects of the functional anatomy of language // Cognition. 2004. 92. № 1-2. P. 67-99.

20. Howard D., Patterson K., Wise R., Brown W. D., Friston K., Weiller C., Frackowiak R. The cortical localization of the lexicons. Positron emission tomography evidence // Brain. 1992. 115 ( Pt 6). №. P. 1769-1782.

21. Liebenthal E., Binder J.R., Spitzer S. M., Possing E. T., Medler D. A. Neural substrates of phonemic perception // Cereb Cortex. 2005. 15. № 10. P. 1621-1631.

22. MacGregor L., Pulvermuller F., van Casteren M., Shtyrov Y. Ultrarapid access to words in the brain: Neuromagnetic evidence. // Nature Communications. 2012. [in press].

23. MarslenWilson W. D. Functional parallelism in spoken wordrecognition // Cognition. 1987. 25. № 1-2. P. 71-102.

24. Mesulam M. M. Largescale neurocognitive networks and distributed processing for attention, language, and memory // Ann Neurol. 1990. 28. № 5. P. 597-613.

25. Morris R. G. D. O. Hebb: The Organization of Behavior, Wiley: New York; 1949 // Brain Res Bull. 1999. Vol. 50. № 5-6. P. 437.

26. Mummery C. J., Ashburner J., Scott S. K., Wise R. J. Functional neuroimaging of speech perception in six normal and two aphasic subjects // J Acoust Soc Am. 1999. Vol. 106.

№ 1. P. 449-457.

.... .. 27. Naatanen R. Attention and Brain Function. Lawrence Erlbaum Associates: Hillsdale, NJ, 1992. P. 494.

28. Naatanen R., Lehtokoski A., Lennes M., Cheour M., Huotilainen M., Iivonen A., Vainio M., Alku P., Ilmoniemi R. J., Luuk A., Allik J., Sinkkonen J., Alho K. Languagespecific phoneme representations revealed by electric and magnetic brain responses // Nature. 1997. Vol. 385. № 6615. P. 432-434.

29. Narain C., Scott S. K., Wise R. J., Rosen S., Leff A., Iversen S. D., Matthews P. M. Defining a leftlateralized response specific to intelligible speech using fMRI // Cereb Cortex. 2003. Vol. 13. № 12. P. 1362-1368.

30. Norris D., McQueen J. M., Cutler A. Merging information in speech recognition: feed back is never necessary // Behav Brain Sci. 2000. Vol. 23. № 3. P. 299-325; discussion 325-270.

31. Parviainen T., Helenius P., Salmelin R. Cortical differentiation of speech and nonspeech sounds at 100 ms: implications for dyslexia // Cereb Cortex. 2005. Vol. 15. № 7. P. 1054- 1063.

32. Penfield W., Rasmussen T. The cerebral cortex of man. Macmillan: New York, 1950.

P. 150. 33. Phillips C., Pellathy T., Marantz A., Yellin E., Wexler K., Poeppel D., McGinnis M., Roberts T. Auditory cortex accesses phonological categories: an MEG mismatch study // J Cogn Neurosci. 2000. Vol. 12. № 6. P. 1038-1055.

34. Pulvermuller F., Fadiga L. Active perception: sensorimotor circuits as a cortical basis for language // Nat Rev Neurosci. 2010. Vol. 11. № 5. P. 351-360.

35. Pulvermuller F., Shtyrov Y., Ilmoniemi R. Brain signatures of meaning access in action word recognition // J Cogn Neurosci. 2005. Vol. 17. № 6. P. 884-892.

36. Scott S. K., Blank C. C., Rosen S., Wise R. J. Identification of a pathway for intelligible speech in the left temporal lobe // Brain. 2000. Vol. 123 Pt 12. №. P. 2400-2406.

37. Shestakova A., Brattico E., Huotilainen M., Galunov V., Soloviev A., Sams M., Ilmo niemi R. J., Naatanen R. Abstract phoneme representations in the left temporal cortex: magnetic mismatch negativity study // Neuroreport. 2002. Vol. 13. № 14. P. 1813-1816. 38. Shestakova A., Brattico E., Soloviev A., Klucharev V., Huotilainen M. Orderly cortical representation of vowel categories presented by multiple exemplars // Brain Res Cogn Brain Res. 2004. Vol. 21. № 3. P. 342-350.

39. Shtyrov Y. Automaticity and attentional control in spoken language processing: neu rophysiological evidence // Mental Lexicon. 2010. Vol. 5. № 2. P. 255-276.

40. Shtyrov Y., Hauk O., Pulvermuller F. Distributed neuronal networks for encoding cat egoryspecific semantic information: the mismatch negativity to action words // Eur J Neurosci. 2004. Vol. 19. № 4. P. 1083-1092.

41. Shtyrov Y., Kujala T., Palva S., Ilmoniemi R. J., Naatanen R. Discrimination of speech and of complex nonspeech sounds of different temporal structure in the left and right cere bral hemispheres // Neuroimage. 2000. Vol. 12. № 6. P. 657-663.

42. Shtyrov Y., Pihko E., Pulvermuller F. Determinants of dominance: is language laterality explained by physical or linguistic features of speech? // Neuroimage. 2005. Vol. 27. № 1. P. 37-47.

43. Shtyrov Y., Pulvermuller F. Early MEG activation dynamics in the left temporal and inferior frontal cortex reflect semantic context integration // J Cogn Neurosci. 2007. Vol. 19. № 10. P. 1633-1642.

44. Shtyrov Y., Pulvermuller F. Language in the mismatch negativity design: motivations, benefits and prospects // Journal of Psychophysiology. 2007. Vol. 21. № 3-4. P. 176- 187.

45. Tiitinen H., Virtanen J., Ilmoniemi R.J., Kamppuri J., Ollikainen M., Ruohonen J., Naatanen R. Separation of contamination caused by coil clicks from responses elicited by transcranial magnetic stimulation // Clin Neurophysiol. 1999. Vol. 110. № 5. P. 982- 985.

46. Vihla M., Salmelin R. Hemispheric balance in processing attended and nonattended vowels and complex tones // Brain Res Cogn Brain Res. 2003. Vol. 16. № 2. P. 167-173. 47. Vouloumanos A., Kiehl K. A., Werker J. F., Liddle P. F. Detection of sounds in the audi tory stream: eventrelated fMRI evidence for differential activation to speech and non speech // J Cogn Neurosci. 2001. Vol. 13. № 7. P. 994-1005.

48. Wada J. A. Youthful season revisited // Brain Cogn. 1997. Vol. 33. № 1. P. 7-10.

49. Wernicke C. Der aphasische Symptomencomplex. Eine psychologische Studie auf anatomischer Basis. Kohn und Weigert: Breslau, 1874. c.

50. Zatorre R. J., Meyer E., Gjedde A., Evans A. C. PET studies of phonetic processing of speech: review, replication, and reanalysis // Cereb Cortex. 1996. Vol. 6. № 1. P. 21-30.

Magneto encephalography (MEG): perspectives of speech areas functional mapping in human subjects2

A. V. Butorina

research fellow of the Center for Neoro5Cognitive investigation (MEG5Center), Moscow State

University of Psychology and Education, Moscow

A. N. Shestakova

Ph.D, senior research fellow of the Snt5Petersburg State University, Snt Petersburg

A. Yu. Nikolaeva

postgraduate student of the Psychological Institute of the Russian Academy of Education,

Moscow T. A. Stroganova

doctor of biology, head of the Center for Neoro5Cognitive investigation (MEG5Center),

Moscow State University of Psychology and Education, Moscow

Yu. Yu. Shtyrov Ph.D, senior research fellow, head of the laboratory of magnetoencephalography; Medical

Research Council, Cognition and Brain Studies Unit, Cambridge, UK

One of the main problems in clinical practice and academic research is how to localize speech zones in the human brain. Two speech areas (Broca and Wernicke areas) that are responsible for language production and for understanding of written and spoken language have been known since the past century. Their location and even hemispheric lateralization have a substantial inter7individual variability, especially in neurosurgery patients. Wada test is one of the most frequently used invasive method7 ology for speech hemispheric lateralization in neurosurgery patients. However, besides relatively high7risk of Wada test for patient's health, it has its own limitation, e. g. low reliability of Wada7based evidence of verbal memory brain lateralization. Therefore, there is an urgent need for non7invasive, reliable methods of speech zones mapping.

The current review summarizes the recent experimental evidence from magni7 toencephalographic (MEG) research suggesting that speech areas are included in the speech processing within the first 200 ms after the word onset. The electro7magnetic response to deviant word, mismatch negativity wave with latency of 100-200 ms, can be recorded from auditory cortex within the oddball7paradigm. We provide the argu7

ments that basic features of this brain response, such as its automatic, pre7attentive nature, high signal to noise ratio, source localization at superior temporal sulcus, make it a promising vehicle for non7invasive MEG7based speech areas mapping in neurosurgery.

Keywords: mapping, speech zones, magneto encephalography, electroen7 cephalography, MMN.

1 Проект поддержан Министерством образования и науки РФ (ГК № 16.518.11.7088).

2 Supported by the Minister of Education and Science of Russian Federation (GK № 16.518.11.7088).

---------------

------------------------------------------------------------

---------------

------------------------------------------------------------

Современная зарубежная психология. № 1 / 2012

Нейронауки

106 105

Нейронауки

103 Современная зарубежная психология. № 1 / 2012

Современная зарубежная психология. № 1 / 2012

Современная зарубежная психология. № 1 / 2012

Показать полностью… https://vk.com/doc260654063_438374142
217 Кб, 23 октября 2016 в 9:22 - Россия, Москва, МЭГУ, 2016 г., pdf
Рекомендуемые документы в приложении