Всё для Учёбы — студенческий файлообменник
бесплатно
doc

Реферат «Григорий Распутин. Исторические личности» по Истории России (Ускова Г. И.)

План:

I.Введение

II.Основная часть

1.Жизнь до Петербурга

- В Покровском

- Причастность к секте хлыстов

2.Появление в Петербурге

3.Отношения с царской семьей

4.Влияние на политику

- Министерская чехарда

- Глобальные проблемы

- Методы воздействия на государя

5.ул. Гороховая, дом № 64

6.Первое покушение

7.Отношение к Распутину в обществе

8.Убийство

- Травля

- Заговор

- В ночь убийства

9.После смерти «старца»

III.Заключение

IV.Библиография

V.Приложения

I.Введение

«Того замучила одышка,

Тот слаб, тот хил…

И вот пришел Распутин, Гришка,

И угодил.

Запахло во дворце овчиной, Таежной тлей,

Старинным говором, лучиной,

Сырой землей…»

(П.Орешин; поэма «Распутин»; Сборник Родник; стр. 253; Москва)

Григорий Распутин является одной из самых загадочных и интересных личностей конца XIX, начала XX века. Не только наша, но и всемирная история не знает подобного случая, когда страной, занимающей одну шестую часть суши, фактически правит деревенский мужик, который даже не умеет грамотно писать.

Распутин возбуждал в окружающих его людях самые разнообразные чувства. Одни испытывали перед ним какую-то странную боязнь, другие глубокое почитание, а третьи его ненавидели. Отношение к нему до сих пор неоднозначно. Кто-то видит в нем святого чудотворца, кто-то - шарлатана, подосланного к царю влиятельными людьми Петрограда для удовлетворения своих собственных интересов, кто-то - германского шпиона.

Тема Распутина не раз затрагивалась в литературе, кинематографе и даже в музыке. Многие писатели, режиссеры и продюсеры пытались создать своего Распутина, каким представляют его они. Чаще всего эти образы складывались по каким-то обрывкам слухов и по велению фантазии автора. Но получалось это не всегда удачно. Так в книге «Страшный монах», выпущенной в 70-ых годах в Канаде, Распутин был подослан в Петербург агентом, и весь сюжет завязывается на любовном треугольнике: Распутин, Феликс Юсупов и его жена, великая княжна Ирина. В конце этого сочинения Распутин погибает от шашки верхового казака, въехавшего в кабак, где в то время кутил старец.

И сколько еще таких далеко не исторически-точных произведений можно найти.

Кем же он был на самом деле: посланником божьим или демоном? Чего добивался? Как ему удалось завладеть разумом не только большой части светского общества столицы, но и всей царской семьи? На эти вопросы я и попытаюсь найти ответ в своей работе.

1.Жизнь до Петербурга

В Покровском

Родился Григорий Распутин в селе Покровское, Тобольской губернии в семье довольно крепкого достатка.

Загадки жизни Григория Распутина начинаются с года его рождения. В

Советской исторической энциклопедии и в большинстве других советских изданий годом рождения Распутина считается 1864-й или 1865-й. Ни один советский историк не удосужился заглянуть в, где родился и провел большую часть своей жизни этот человек. Правда, книги эти сохранились не все, но есть полная подборка сведений о родившихся, умерших и вступивших в брак с

1862 по 1868 год. Пролистаем метрические книги церкви села Покровского, ветхие, подпорченные жучком и влагой, прежде всего, в 1862 году сталкиваемся с записью от 21 января о бракосочетании “Покровской слободы крестьянина Якова Васильева Распутина сына Ефима Яковлевича, 20 лет, с девицей Анной Васильевной, дочерью деревни Усалки крестьянина Василия

Паршукова, 22 лет”. Это родители Григория Ефимовича Распутина. Фамилия

Распутиных встречается в книге многократно. Всего в селе Покровском живет 7 семей, носящих фамилию Распутины. Кстати говоря, фамилия эта встречается в

Сибири довольно часто и обыкновенно имеет происхождение от слова

“распутье”, что, по словарю Даля: “разъездная дорога, развилина, развилы пути, место, где сходятся или расходятся дороги, перекресток”. Люди, жившие в подобных местах, нередко получали прозвище Распутьины, впоследствии превратившееся в фамилию Распутины.

По церковным книгам, 11 февраля 1863 года у Ефима Яковлевича и Анны

Васильевны рождается дочь Евдокия, которая через несколько месяцев умирает.

2 августа 1864 года у них рождается еще дочь, которую они, как и умершую, снова называют Евдокией, но и она прожила недолго. Следующее рождение в семье Ефима Яковлевича Распутина занесено в книгу 8 мая 1866 года - родилась дочь Гликерия, тоже умершая через 4 месяца “от поноса”. И наконец,

17 августа 1867 года у Распутиных родился сын Андрей, которому тоже не было суждено жить. В 1868 году в церковной книге нет записей о родившихся в семье Е.Я. Распутина. Таким образом, согласно церковным книгам Григорий

Распутин не мог родиться в период с 1863 по 1868 год. Более поздние метрические книги в Покровской церкви не сохранились, но зато остались заполненные бланки Всероссийской переписи населения за 1897 год, согласно которым Григорию Ефимовичу Распутину в этом году 28 лет. Перепись велась очень тщательно, и поэтому можно считать установленным год рождения

Распутина - 1869-й.

Гриша Распутин рос единственным ребенком в семье, к тому же слабого здоровья. Можно предположить, что в этих условиях, после смерти первых четырех детей, родители Гриши уделяли ему больше внимания, чем это возможно в обыкновенной крестьянской семье, где много детей, и, наверное, даже баловали. Но как единственный помощник отца Григорий рано стал работать, сначала помогал пасти скот, ходил с отцом в извоз, затем участвовал в земледельческих работах, помогал убирать урожай, но и, конечно, ловил рыбу в Туре и окрестных озерах. В Покровском школы не было, и Гриша вплоть до начала своего странничества, как и его родители, был неграмотен. В общем, он ничем не выделялся среди других крестьян, разве только своей болезненностью, которая в крестьянских семьях понималась как ущербность и давала повод к насмешкам.

“Вся жизнь моя, - пишет он, - была болезни. Всякую весну я по сорок ночей не спал. Сон будто как забытье, так и проводил все время с 15 лет до

28 лет. Вот что тем более толкнуло меня на новую жизнь. Медицина мне не помогала, со мною ночами бывало как с маленьким, мочился в постели.

Киевские сродники исцелили, и Симеон Праведный Верхотурский дал силы познать путь истины и уврачевал болезнь бессонницы. Очень трудно это было все перенесть, а делать нужно было, но все-таки Господь помогал работать, и никого не нанимал, трудился сам, ночи с пашней мало спал”.

Вот как он сам описывает свою юность в интервью газете «Новое время»:

«В пятнадцать лет, в моем селе, в летнюю пору, когда солнышко тепло грело, а птицы пели райские песни, я ходил по дорожке и не смел идти по середине ее… Я мечтал о боге… Душа моя рвалась в даль… Не раз, мечтая так, я плакал и сам не знал, откуда слезы и зачем они. Постарше, с товарищами беседовал я о боге, о природе, о птицах… Я верил в хорошее, доброе… и часто сиживал я со стариками, слушал их рассказы о житии святых, о великих подвигах, о больших делах, о царе Грозном и многомилостивом… Так прошла моя юность… В каком-то созерцании, в каком-то сне… И потом, когда жизнь коснулась, дотронулась до меня, я бежал куда-нибудь в угол и тайно молился… Неудовлетворен я был… На многое ответа не находил… И грустно было… И стал я попивать…»

Но пьянство, как известно, до добра не доводит. Из благочестивого отрока вышел, в конце концов, не помощник своему отцу, а вор и хулиган, которого нередко колотили почетные отцы семейств и даже наказывали розгами по приказанию исправника.

Примерно к двадцати годам он женился, но, не смотря на это, продолжал пить и обворовывать односельчан. После того как его в очередной раз поймали на конокрадстве, Распутин был вынужден покинуть родное село и отправиться в странствие конечной точкой которого был Иерусалим.

Останавливался он в монастырях. Там же и зарабатывал себе на пропитание. Именно в монастырях он учиться читать по церковно-славянски. Григорий сначала посещает сравнительно недалеко расположенные монастыри: абалакский, тюменский, тобольские: перестает есть мясо (его он не употреблял вплоть до своей гибели), а через пять лет бросает “курить табак и пить вино”. Самой далекой дорогой Григория в этот период стало паломничество в киевские монастыри. От Покровского до Киева свыше 3000 верст. Странничество для Распутина - не самоцель и тем более не средство ухода от жизни, а внесение в нее духовного начала, придание ей высшего смысла через подвижническое служение. В странствовании Григорий измождает свою плоть до того, что ему начинают являться видения.

Во время своих странствий он встречал разных людей и почерпнул от них немало знаний. Примерно в это же время он проникнулся хлыстовскому верованию и, приехав обратно в Покровское начал проповедовать его там.

Причастность к секте хлыстов

Тому, что Распутин был причастен к секте хлыстов, нет никаких доказательств, подтвержденных документами, но факты налицо. Во-первых: хлысты никогда не называли себя таковыми, так как считали это прозвище обидным. Сами себя хлысты считали людьми божьими, в которых за их богоугодную жизнь обитает бог. Как известно, в своей переписке с Николаем II императрица Александра Федоровна наравне с «нашим Другом» называет Распутина божьим человеком. Во-вторых: по учению хлыстов, тому, в ком живет

2. Появление в Петербурге

В 1903-1904 годах в душе Григория Распутина зрела мысль построить в родном селе новый храм, ибо по словам апостола Павла, - “кто устроит храм, того адовы врата не одолеют никогда”. Но откуда взять деньги? Сам Распутин живет небогато, еле перебивается. Хотя и помогают ему его почитатели, но на эту помощь церкви не построишь. И стал Григорий искать благодетелей, которые бы дали денег на храм. В1904 году отправился он с одним рублем в кармане в Петербург. По дороге голодал, даже на чай порой денег не хватало.

Приехав в столицу, усталый и голодный, отправился сразу же в Александро-

Невскую лавру поклониться мощам. На последние пять копеек, которые не тратил даже на еду, заказал сиротский молебен за 3 копейки и 2 копейки отдал на свечку.

В 1904-1906 годах Григорий знакомится с десятками представителей российской знати. Перед ним открывают двери салонов высшего света. Его приглашают с просьбой помолиться и дать духовный совет. Как правило, он не отказывает никому.

Люди приходили к Распутину для разъяснения разных религиозных вопросов. Как рассказывают очевидцы, после ранней обедни в каком-нибудь монастыре, причастившись Святых Тайн, богомольцы собирались вокруг него, слушая его беседы. Для многих представителей высшего света “после вечных интриг и зла придворной обстановки” беседы с ним служили утешением. Даже ученые люди и священники находили его интересным. Хотя Григорий по-прежнему был малограмотен, он тем не менее наизусть знал Священное Писание и умело толковал его. Знавшие его в то время отмечают, что он помогал во всякой нужде, то есть отдавал все, что у него было, и утешал советами и объяснениями тех, кто приходил к нему поделиться своими заботами. Терпеливо выслушивал разных дам, которые являлись по сердечным вопросам, всегда строго порицая греховные дела.

Еще до появления его при дворе были распространены самые фантастические слухи об этом таинственном человеке, основанием которых служили письма Великой княгини Анастасии.

На обратном пути в Покровское, после своего второго странствия, Распутин остановился в Киеве, в Михайловском монастыре. Там он и познакомился с женой великого князя Николая Николаевича Анастасией и ее сестрой Милицей, который отправились в Киев на богомолье и остановились в том же монастыре, но на правах почетных гостей, а не странников, как Распутин. Вскоре после первой встречи он получил приглашение на чай и не преминул им воспользоваться.

Когда Распутин узнал, кем были его новые знакомые, он, понимая какие перспективы перед ним открывались, сообщил им, что обладает способностью излечивать все болезни, может предсказывать будущее и отвести предстоящее несчастье. Узнав, что «старец» может лечить гемофилию, болезнь которой был подвержен цесаревич, они решили привезти Распутина в Петербург, чтобы представить царской чете и таким образом оказать им большую услугу.

Еще до Распутина в царском дворце успело побывать огромное количество знахарей, колдунов, юродивых, которые брались помочь царской семье. Долгое время Николай II ждал наследника, но рождались только девочки, и, в конце концов, отчаявшись, он прибегнул к помощи всех этих «мистиков». И он и Александра Федоровна в точности выполняли все их указания, но так ничего и не добились. Когда же, наконец, появился долгожданный наследник, у него обнаружилась гемофилия, которая передавалась по мужской линии в семье императрицы

Когда же, наконец, появился долгожданный наследник, у него обнаружилась гемофилия, которая передавалась по мужской линии в семье императрицы

Александры Федоровны. Вот в это время и появился их «спаситель» в лице Григория Распутина

Через этого «спасителя» великий князь Николая Николаевич и другие родственники царя, зная его слабость и то, что царица оказывает огромное влияние на него, собирались влиять на политическую жизнь России. Но все пошло не по придуманному ими плану. Всю силу своего положения он использовал, как хотелось ему.

Распутин отличался от других сомнительных личностей, ясновидящих, предсказателей и тому подобных людей своей изумительной силой воли и столь же изумительной способности подчинять ей более слабых людей.

Он прибыл в Петербург не по железной дороге, а пешком. Он остановился в монастырской гостинице, как гость архимандрита Феофана. С самим архимандритом он вскоре тоже познакомился и тот представил его генеральше Лопухиной, в салоне которой и началось знакомство отца Григория с петербургским обществом.

Вскоре после его появления в столице великая княгиня Анастасия представила его царице. «Как завороженная сидит ее величество под пронизывающим, пригвождающим взором Распутина, слушает его вкрадчивую, пересыпанную мистическими вывертами, мужскую речь.» Затем следует представление Николаю II, первое приглашение во дворец, где он быстро овладевает вниманием семьи и входит в роль святого человека, роли, которой он останется верен до самого конца.

3.Отношения с царской семьей

«Он не ищет милостей у своих августейших патронов, а они преклоняются и заискивают перед ним. Вымаливают у него заступничество перед судьбой, благословения и рекомендаций от имени Бога»

Вместе с тем отношения с царской семьей с каждым годом становятся все ближе и ближе, превращаясь в настоящую дружбу. Всегда приезжая по первому зову царской семьи, Григорий денег от них для себя лично никогда не принимал, за исключением сотни рублей, которые они ему посылали на дорогу

(а позднее они оплачивали его квартиру). Хотя иногда он брал у них деньги для передачи на разные благотворительные нужды, в частности, от них он получил 5 тысяч рублей на строительство церкви в селе Покровском.

Николай II по своей природе был очень мнительным и недоверчивым. Единственными, кто пользовался его доверием, были различные кудесники, которые заполняли его дворец, и он верил только им, несмотря на то, что они в большинстве случаев оказывались шарлатанами.

Через некоторое время после знакомства Распутина с царской семьей, с царевичем случился приступ гемофилии. Григорий Ефимович, который в тот момент находился рядом, остановил кровотечение при помощи обыкновенной дубовой коры, разваренной в горячей воде. Этот случай произвел на царскую чету неизгладимое впечатление и укрепил их уже появившуюся веру в «святость» Распутина. И эта вера не угасала в их сердцах до самой их гибели.

Распутин обладал необъяснимой властью над царевичем Алексеем. При малейшем его недомогании призывали старца. Иногда хватало даже одного короткого телефонного разговора, чтобы добиться устранения того или иного недуга.

«Наследник жив, покуда жив я!» - Такой ультиматум ставил он своим «августейшим патронам», как бы перестраховываясь, на случай смены безмерного уважения и благоволения к нему на немилость.

Вполне естественно, что после этих слов Александра Федоровна, повинуясь своим материнским инстинктам, в буквальном смысле молилась на «старца».

Царь и царица часто обращаются к Распутину за помощью и молитвой. Вот довольно характерная строчка из письма царицы царю: “Я просила Аню телеграфировать нашему Другу, что дело обстоит очень серьезно и что мы просим его помолиться” (24 ноября 1914 г.).

Или: “Меня беспокоит твоя мысль о поездке в Литву и Польшу, не рано ли едешь, - пишет царица супругу, - ведь настроение так враждебно России... Я попрошу нашего Друга особенно за тебя помолиться, когда ты там будешь” (6 апреля 1915г.).

“Наш Друг благословляет твою поездку”, - нередко пишет царица царю.

Дело доходит до того, что царица видит особые свойства в вещах, принадлежащих Распутину, рассматривает как своего рода святыню.

“Благословляю и целую, мой дорогой, не забудь причесаться маленькой гребенкой”, - говорила царица супругу в особо ответственные периоды.

Гребенка эта была подарена царю Распутиным. Или в другом месте: “Не забудь перед заседанием министров подержать в руке образок и несколько раз расчесать волосы его гребнем” (15 сентября 1915 г.). После убийства

Распутина Николай Второй носил его нательный крест.

Царица старательно переписывает для царя телеграммы от Распутина.

Безоговорочно поверив в то, что Распутин послан царской семье Богом для того, чтобы оберегать династию, в то, что его устами глаголи истина, царице не составило большого труда убедить в этом супруга.

Для Николая Александровича, по его словам, честные люди существовали только до двух годов, так как когда они достигали трехгодичного возраста, их родители уже радуются, что они умеют лгать. Для него все люди были лгунами.

Распутину же была чужда та льстивость и ложь, которые были присущи столичному высшему обществу в начале XX века. Григорий Ефимович говорил всегда искренне, или, по крайней мере, хотел, что бы люди поверили в его искренность и прямолинейность. Он всегда подчеркивал свою простоту и неотесанность и в разговоре, и в поведении, и в мыслях, которые он высказывал царю. Быть может, это и сыграло немаловажную роль в складывании первого впечатления самодержца о старце.

Убедившись в том, что они нуждаются в практически постоянном присутствии «старца» во дворце, царская чета задумалась над тем, как можно было бы мотивировать нахождение Распутина в царских покоях. Таким образом, Отцу Григорию было присвоена должность царского лампадника.

Именно этот царский лампадник станет впоследствии управлять великой империей через Александру Федоровну…

4.Влияние на политику

«Царь царствует, а царица правит…под указку Распутина»

Сазонов.

Министерская чехарда

При таком безграничном доверии царя Распутину было совсем не трудно фактически перенять борозды правления государством из слабых рук безвольного

государя в свои. Мнение Распутина о том или ином человеке не оставалось без влияния, особенно, когда государь по своему убеждению или по каким-либо другим причинам колебался при выборе или назначении какого-нибудь лица.

Так император был человеком чрезвычайно недоверчивым и мнительным, ни

один человек на высокой, близкой к нему должности долго не

задерживался. Он не доверял никому и поэтому очень часто смещал людей с должностей высокопоставленных чиновников.

Политику и многих политиканов Распутин глубоко презирал, имея в виду, конечно, постыдное политиканство и интриганство, которые вершили люди, подобные Гучкову, Милюкову, Родзянко, Пуришкевичу. “Вся политика вредна, - говорил он, - вредна политика... Понимаешь? - Все эти Пуришкевичи,

Дубровины беса тешат, бесу служат. Служи народу... Вот тебе и политика... А прочее - от лукавого... Понимаешь, от лукавого...”

Неоднократно делались различные попытки подкупить Распутина, дать ему

“отступного”, чтобы он уехал из Петербурга.

В 1913 году министр финансов Коковцев предложил Распутину 200 тысяч рублей, с тем чтобы он навсегда покинул Петербург. Предложение это обидело

Григория. Он ответил Коковцеву, что если “Папа и Мама (то есть царь и царица) хотят, то он, конечно, уедет, но зачем же его покупать?”

Бывший председатель Совета министров граф Витте, знавший Распутина лично, был самого высокого мнения о его нравственных качествах и интеллекте. По его мнению, Распутин был своего рода “сверхчеловеком”,

“силой природы”, которую нельзя мерить обыкновенной меркой холодного рассудка.

Для того чтобы менять министров с такой быстротой, как это делал Николай II, безусловно, понадобится советник. И Распутин стал таковым. Одного его слова

было достаточно, что бы кабинет министров пополнился доселе ничем неизвестным никому человеком.

Безусловно, царь прислушивался к советам Григория. Из царской переписки видно, что царь с вниманием выслушивал предложения Распутина и нередко принимал их. Особенно это касалось кандидатур на посты руководителей Святейшего Синода и передвижения епископов в различные епархии, хотя на последнем этапе своей жизни Григорий принимает участие и в подборе кандидатур на посты министров и губернаторов. Во всех случаях он высказывал только свое мнение. Влияние его на царя было чисто духовным. А царь ждал от Григория высших духовных откровений, как бы санкций Божественной власти.

“Наш Друг желает, - писала царица супругу (25 августа 1915 г.), - чтобы Орловский был назначен губернатором. Он теперь председатель казенной палаты в Перми. Помнишь, он поднес тебе книгу, написанную им про Чердынь, где похоронен один из Романовых, которого они почитают как святого?” И

Орловский был назначен Тобольским губернатором.

Все эти назначения проходили в большинстве случаев спонтанно. Арон Симанович в своих воспоминаниях описывал одно из них, при коем сам присутствовал: «Часто случалось, что царь телефонировал Распутину, требуя немедленно указать кандидата для какого-либо освобождающегося поста министра. В таких случаях Распутин просил царя обождать несколько минут. Возвращаясь к нам, он требовал назвать необходимого кандидата.

-Нам нужен министр, - восклицал он взволнованно. Недалеко от телефонного аппарата происходила тогда конференция, на которой иногда участвовали даже племянницы Распутина, между тем царь ждал у телефонной трубки…»

В последние годы правления Николая II все труднее было найти подходящего человек на какую-то должность, потому что люди элементарно боялись. Боялись того, что, прослужив некоторое время на высокопоставленной должности, он не просто попадут под волну недоверия и будут смещены с этого поста, но и попадут в немилость государя, и после этого ни о каких высоких должностях для них не могло быть и речи.

Глобальные вопросы

Но, вот какой наблюдается парадокс: царь, веривший в то, что Распутин послан ему небом, дабы защищать его и всю царскую семью и помогать ему самому советами от лица господа бога, должен был бы безмолвно вслушиваться в каждое его слово, принимать его речь как истину, как пророчество, ибо устами его говорит сам бог, внимал его советам лишь в делах назначений или в делах меньшего масштаба. В серьезных же вещах он почти все и всегда делал по-своему.

Советы Распутина касались не только назначения министров. Бывало ему ночью во сне явление, и он пересказывал его царю. Так, 15 ноября 1915 года царица пишет супругу: “Теперь, чтоб не забыть, я должна передать тебе поручение нашего Друга, вызванное его ночным видением. Он просит тебя приказать начать наступление возле Риги, говорит, что это необходимо, а то германцы там твердо засядут на всю зиму, что будет стоить много крови, и трудно будет заставить их уйти. Теперь же мы застигнем их врасплох и добьемся того, что отступят. Он говорит, что именно теперь это самое важное, и настоятельно просит тебя, чтобы ты приказал нашим наступать. Он говорит, что мы должны это сделать, и просил меня немедленно тебе об этом написать”.

Кстати говоря, многие военные советы Распутина, как это кому-то ни покажется странным, были, как правило, очень удачны. Принятие Николаем

Вторым верховного командования военными действиями на себя и ряд удачных операций позволили остановить наступление немцев и стабилизировать фронт.

Как справедливо отмечал У. Черчилль, не произойди революция, победа русской армии, возглавляемой царем, была бы обеспечена.

Распутин дает царю советы и по продовольственному вопросу. Он понимает, насколько серьезно этот вопрос может быть обыгран враждебными антирусскими силами. В феврале 1915 года царица пишет супругу: “Григорий несколько расстроен “мясным” вопросом, - купцы не хотят понизить цены на мясо, хотя правительство этого требует, и было даже нечто вроде мясной забастовки. Наш Друг думает, что один из министров должен был бы призвать к себе нескольких главных купцов и объяснить им, что преступно в такое тяжелое время повышать цены, и устыдить их”.

У Григория Ефимовича были свои позиции практически во всех политических вопросах. Но они далеко не всегда совпадали с позициями государя и тот, несмотря на то, что Распутин в его глазах был «человеком божьим», не собирался их менять. Вопреки советам и даже мольбам «старца», вопреки письмам царицы Николай делал по-своему. Бывали также случаи, когда он просто не посвящал ни свою супругу, ни «чудотворца» в свои планы, и о том или ином его действии они узнавали уже из газет.

Распутин был резко против «бессмысленного кровопролития» Первой Мировой Войны. Как ни старался он убедить царя заключить мир с Германией, на каких бы то ни было условиях, царь стоял на своем.

То же касается и крестьянского вопроса. Все попытки Распутина втолковать царю то, что крестьяне оставались самой бесправной категорией населения были тщетны. По его мнению, после проведенной в 1861 году реформы, крестьянам стало жить еще хуже чем при помещиках, так как земли у них стало меньше и отошло то, пусть даже скудное, но обеспечение, которое у них было во времена крепостничества. Он хотел убедить царя отдать крестьянам казенные и монастырские земли, но царь опять таки не согласился с ним.

В апреле 1915 года Распутин «не советовал» созывать Государственную думу, но она созывается. Когда же в ноябре того же года он напротив убеждал Николая созвать думу, говоря что «теперь все желают работать» ее созыв отложился на февраль.

Государь не обращал на советы Распутина никакого внимания и делал все по своему усмотрению. Только в редких случаях самодержец вслушивался в предостережения Григория Ефимовича и тогда они на самом деле оказывались незаменимыми.

В самом начале Первой Мировой Войны верховным главнокомандующим российской армии был великий князь Николай Николаевич. Однажды Распутин приехал к царю и поведал ему, что у него был сон, из которого следует, что через три дня Николай Николаевич пришлет известие о том, что в армии не хватает продовольствия, но верить ему не стоит, потому что этим известием он лишь пытается посеять панику и страх и тем самым заставить Николая II отречься от престола в его пользу.

В итоге этой встречи великий князь Николая Николаевич был сослан на Кавказ, а царь взял на себя командование всеми военными действиями.

Сказать, что Распутин ведал абсолютно всеми делами в государстве, было бы все равно, что солгать. Да, влияние его на всю царскую семью было огромно, да, по его указке назначались почти все министры и высокопоставленные чиновники с 1902 года по 1916, но слушал его далеко не всегда, и поэтому ему приходилось прибегать к каким-то другим мерам, помимо немногосложных телеграмм и разговоров.

Методы воздействия на государя

По приказу царской семьи за Распутиным было установлено наблюдение царской охранки. Белецкий, директор департамента полиции, отмечал в своих записках, что в конце 1913 года, наблюдая за перепиской приближенных к Распутину лиц, заметили среди них письмо одного из петроградских гипнотизеров, в котором было абсолютно четкое указание на то, что «чудотворец» брал у него уроки гипноза.

Этим же можно объяснить притягательность его глаз для всех окружающих. Все люди, знакомые с ним лично, неизменно выделяли его глаза. Они всегда производили неизгладимое впечатление. Елена Джанумова так писала о нем в своем дневнике: «Ну и глаза у него! Долго выдерживать его взгляд невозможно. Что-то тяжелое в нем есть, как будто материальное давление вы чувствуете, хотя глаза его часто светятся добротой, но какими жестокими они могут иногда быть и как

страшны в гневе…»

О другом же способе его влияния на царя высказывает свое предположение Владимир Митрофанович Пуришкевич в своем дневнике: «Зачем ты, Феликс, – сказал Распутин

Юсупову – не бываешь у Бадмаева? Нужный он человек… Даст он тебе ма-хонькую рюмочку настоечки, попьешь ты этой настоечки в час, когда на душе у тебя смутно, и сразу тебе все пустяком покажется, и сам сделаешься такой до-бренький, такой глу-пенький и будет тебе все равным-равно»

Есть все основания полагать, что именно этой «настоечкой» угощал он императора. Подтверждения, пусть даже и косвенные можно найти в воспоминаниях его личного секретаря. Перед тем как рассказать об обмане, который готовил великий князь Николай Николаевич, Распутин налил себе и царю мадеры, своего любимого напитка, и велел царю пить из своего стакана, а сам пил из царского. После этого он смешал остатки вина из обоих стаканов и велел Николаю выпить его. И только после всех этих «мистических» приготовлений он поведал ему о своем видении. Через несколько дней после этого, великому князю был подан поезд, который должен был доставить его на Кавказ.

Каким бы то ни было образом, но Распутин за очень короткий срок обрел над царской четой почти безграничную власть, но, тем не менее, в какие-то моменты царь ускользал от его влияния и принимал решения самостоятельно, вопреки наставлениям «старца» и Александры Федоровны.

5. Улица Гороховая, дом №64

Именно по этому адресу, в конце концов, обосновался «старец». Именно в этом доме крестьянин из Тобольской губернии, царский лампадник и великий чудотворец властвовал над высшим петербуржским светом. Быть может из-за своей ненависти к дворянству, он почти при любом подходящем случае старался унизить их, открыть их истинное лицо. А при том положении, в котором он находился, эти случаи предоставлялись ему довольно часто. И этот так называемый обряд «очищения» проводился именно в этом доме.

Крестьян и простых искренних людей он напротив уважал и старался всячески им помочь.

Начиная с 11 часов утра, у него начинался «прием». Еще с раннего утра в прихожей его квартиры начинал собираться народ. Люди, веря слухам, о его огромном влиянии при дворе и доброте к беднякам и просто людям действительно нуждавшихся в его помощи, шли к нему нескончаемыми вереницами. Если к одиннадцати часам он был дома и был в состоянии принять просителей, он неизменно помогал людям в меру своих возможностей. В первую очередь он

принимал бедняков, а уж только потом генералов и именитых дворян. Распутин никогда не принимал денег за свое ходатайство. Если он что и брал от людей, то только подарки, но те особой материальной ценности собой не представляли. Бывало, правда, что когда к нему приходил человек, нуждающийся в деньгах, будь то на свадьбу или на обустройство, он отправлял его к богатым людям, которым он уже помог, со своей запиской.

Эти свои записки он посылал влиятельным людям Петербурга со своими просителями с собственной просьбой помочь. Почти все он начинались одинаково: «Милай, дарагой…», а дальше шла сама просьба «помоги», «выслушай», «прими», «сделай что можно».

Для охраны Распутина была организованна специальная служба, подчиненная начальнику петербуржского охранного отделения генералу Гусеву. Дом, в котором жил Распутин, постоянно охранялся агентами полиции.

Агенты, дежурившие на парадной лестнице, от нечего делать играли в карты. Частенько и сам «старец» присоединялся к ним или приглашал их к себе на чай, чему они были чрезвычайно рады. За чаем, он поначалу держался важно, напыщенно, говорил церковным языком, а потом со временем он перешел со всеми ними на «ты» и, бывало, что обсуждал с ними планы и проблемы самого государя. Дискутировал с ними вопросы, которыми был в тот момент озабочен царь и придумывал, что же ему «посоветовать».

Иногда эта квартира превращалась во что-то вроде негласного комитета, например, когда Распутин был озадачен каким-либо новым назначением на государственный пост. В такие моменты в обсуждении принимали участие все, кто в тот момент находился у Распутина, и даже его племянницы, которые вели хозяйство в доме.

Эту «резиденцию» Распутина по праву называли «папертью власти».

6.Первое покушение

Несмотря на свою столичную жизнь, Распутин нередко наведывался в свое родное село Покровское. Во время одной из таких поездок, 29 июня 1914 года, и было совершено первое покушение на «старца»

Выйдя из дому, чтобы дать телеграмму, он увидел женщину с провалившимся носом, стоявшую перед его домом. Она молча смотрела на него. Григорий Ефимович подумал, что она просит милостынею и по своему обыкновению начал искать в портмоне монету. Пока он был занят поисками, женщина вытащила кинжал и ударила им Распутина в живот. Он побежал от нее, но женщина продолжала гнаться за ним, дабы нанести последний, смертельный удар. Григорий схватил оглоблю, лежащую неподалеку, и ударил ее по голове. Односельчане,

прибежавшие на шум, схватили нападавшую и доставили ее в департамент полиции.

Это оказалась жительница города Царицына по имени Хиония Гусева. В своих показаниях следствию она мотивировала свой поступок тем, что она считает Распутина лжепророком, и даже антихристом и решила совершить над ним «суд божий» с целью убийства Распутина.

Рана Распутина оказалась очень серьезной. Медики боялись за его жизнь и решили отправить его в Тюмень для операции доктора Владимирова.

Операция была проведена, в общем, успешно, но угроза для жизни сохранялась.

Во многие газеты стали пробиваться статьи о смерти Распутина, о его загадочном завещании и другие самые загадочные слухи.

Но «старец» не умер. Он благополучно выздоровел и уже 17 августа был выписан из тюменской больницы и направился в Петроград.

Во избежание громких скандалов Хионию Гусеву, несмотря на ее признания в том, что она сознательно совершила покушение на Распутина, признали

невменяемой и отправили в томскую лечебницу для душевнобольных.

Между тем, несмотря на то, что для «старца» все кончилось благополучно, этот инцидент имеет немалую историческую значимость, ведь если бы Распутин был в Петербурге, рядом с царем, во время начала Первой Мировой Войны, он наверняка сумел бы убедить царя не вступать в войну против Германии, так как сам он было резко против этого.

7.Отношение к Распутину в обществе

В отношении к Распутину общество можно разделить на три группы: одни боготворили его и верили в его «святость» (часть дворянства, крестьяне, городская беднота); другие участвовали в его кутежах и общались с ним только для того чтобы добиться его расположения и использовать его для своего карьерного роста ил просто из-за того, что это было «модно»; а третьи его ненавидели. Они представляли его себе как пьяного, грязного мужика, который проник в царскую семью, назначал и увольнял министров и целое десятилетие был героем петербуржской скандальной хроники, а одновременно и непонятным образом властвовал над царем и его семьей и верил в свое особое предназначение.

Распутин ненавидел всех дворян за их чванливость и гордыню. Сам же он не стремился к внешнему блеску и не мечтал об официальных должностях. Он всегда подчеркивал свою мужицкую неотесанность перед людьми, считавшими себя могущественными и превосходящими всех. Распутин испытывал удовольствие, когда видел, как сильные мира сего унижались ради какого-то нелепого повода, придуманного им самим.

Дворяне отвечали ему ответной антипатией.

Но больше всех его невзлюбили родственники царя с матерью императора во главе. Они прекрасно понимали, что непостоянство характера, слабая сила воли и даже слабоумие государя в совокупности с его вредными привычками не могли привести Россию ни к чему хорошему.

Мать императора всячески препятствовала восхождению на престол своего старшего сына, так как понимала всю губительность положения, но ничего не смогла сделать. Его родственники пытались повлиять на него с помощью «своих» министров или путем простого убеждения, но все было тщетно.

Тогда появился Распутин. Князь Николай Николаевич, введя «старца» в царский дворец, планировал с его помощью влиять на царя, но когда Распутин отказался действовать под его указку, он пожалел о том, что помог ему выйти в свет.

Началась отчаянная травля «чудотворца». Сначала в виде докладов государю императору, потом в виде разоблачающих газетных статей, потом в виде анонимных записок. Но ничего уже не могло повлиять на Николая, уверившего в «святость» «старца».

«На святых всегда клевещут», повторял царь, выслушивая многочисленные доклады о Распутине. И против этого никто не мог ничего возразить.

Великий князь Николай Михайлович, говорил, что почти вся семья Романовых подала государю записку о Распутине, прося взять бразды правления в свои руки и

прекратить вмешательство в государственные дела императрицы Александры Федоровны, во всем инспирируемой этим хлыстом.

«На святых всегда клевещут», и эта фраза оставляла не у дел всех недоброжелателей Распутина.

А после покупки скандальной петербуржской газеты «Новое время» одним из сподвижников Григория Ефимовича и газетных сплетен стало намного меньше.

Вопреки тому, что царь оставался глух к словам своих родственников и дворянства, ненависть к Распутину лишь возрастала.

19 октября 1916 года Владимир Митрофанович Пуришкевич выступил с докладом в государственной думе, целью которого было «дать возможность исхода из положения, в которое ее поставили царские министры, обратившиеся в марионеток, нити от коих прочно забрал в руки Григорий Распутин…»

В своей речи он высказал все чувства, переполнявшие в тот момент всех тех, враждебно относился к «старцу», кто считал его повинным во всех бедах Российской империи.

После этого выступления многие выразили ему свое уважение, и поддержали. Среди этих людей оказался и князь Феликс Федорович Юсупов. Он попросил его о личной встрече и Владимир Митрофанович согласился.

В ходе их встречи в доме Пуришкевича князь высказал абсолютно серьезное намерение «устранить Распутина». С этой встречи и начался заговор, ставший роковым для Григория Распутина.

8.Убийство Распутина

Травля

Трагической этап в жизни Григория Распутина - период его организованной травли, начался в 1910 году по взмаху палочки невидимого дирижера одновременно во многих органах печати.

Сразу не возможно понять механизм этой травли - откуда и куда шли нити, кто руководил и кто был заинтересован в этой кампании?

Изучение источников и архивных данных позволили составить список организаторов и самых активных участников травли.

Это Гучков, Львов, Чхеидзе, Некрасов, Амфитеатров, Джунковский,

Маклаков, Керенский и многие другие.

Что объединяло разных людей в этой кампании организованной лжи против

Распутина.

Из материалов книги Н. Берберовой “Люди и ложи (Русские масоны XX столетия)”, основанной на архивных материалах и письменных свидетельствах членов масонской организации, следует, что все лица, занесенные в список, являются членами масонской организации. Дальнейшее изучение материалов, документов, воспоминаний современников позволило установить, что именно перед началом организованной травли Распутина в Брюсселе на Всемирной ассамблее этой организации вырабатывается идея расшатывания русской императорской власти путем организованной кампании против Распутина как человека, близкого царской семье (свидетельство председателя

Государственной думы М.В. Родзянко в его воспоминаниях “Крушение империи”).

Об организации кампании масонов против Распутина свидетельствует также исследование Б. И. Николаевского “Русские масоны и революция”.

Настоящая травля Распутина, создание его мифологического вымышленного образа начинается в 1910-1912 годах. В это время происходит сближение интересов ущемленной Распутиным части высшего духовенства, придворной антираспутинской партии, душой которой был Великий князь Николай

Николаевич, и откровенно антирусских сил, мечтающих о разрушении России.

Если для первых создание мифа о Распутине - метод его устранения, то для последних - средство подрыва национальных ценностей страны. На масонском съезде в Брюсселе уже тогда обсуждается идея о том, что образ Распутина может быть использован как средство осуществления в России планов революционных партий и под его разлагающим влиянием русская династия не продержится и двух лет. Наступление на Распутина разворачивается в виде хорошо организованной кампании, главными козырями в которой становятся уже известный нам сфабрикованный в Тобольской консистории доклад о принадлежности Распутина к секте хлыстов и, позднее, выдуманные обвинения монаха-расстриги Илиодора.

Начало кампании положено выходом в свет брошюры некоего “специалиста по делам сектантства” Михаила Новоселова, в которой он бездоказательно объявляет Распутина сектантом-хлыстом, ссылается на известное нам тобольское дело, как на полностью доказывавшее вину Распутина. При гласном расследовании содержания брошюры Новоселова легко было бы опровергнуть, но власти (и здесь дело, видимо, не обошлось без влияния определенных церковных иерархов и Великого князя Николая Николаевича) пошли по пути возбуждения внимания к этому делу. Брошюра была изъята. В результате к ней спровоцировали нездоровый интерес в обществе. Эту брошюру, как и изложение её в газете “Голос Москвы”, подпольно перепечатывают за большие деньги. Во многих левых газетах вдруг почти одновременно начинают публиковаться выдуманные письма “жертв Распутина”, прилагаются также фальшивые фотографии.

Центром этой кампании становятся газеты “Речь” и “Русское слово”, руководящее место в которых занимали масоны Маклаков В.А., Гессен, Винавер,

Амфитеатров, братья Долгоруковы. Через личные связи они распространяют свое влияние и на другие газеты.

Председатель Совета министров Коковцев в своих воспоминаниях отмечает организованный характер газетной кампании против Распутина, который он почувствовал во время встречи с редактором газеты “Новое Время” М.

Сувориными его ближайшим сотрудником Мазаевым. “Оба эти лица, - пишет

Коковцев, - ...твердили, что они тут ни при чем, что “Новое Время” неповинно в распространении сведений о распутинском кружке, и когда я привел ряд заметок, перепечатанных и у них же, то они только отмалчивались или кивали на “Речь” и “Русское слово”, которые были действительно главными распространителями этих известий. Для меня было ясно, что и в редакции

“Нового Времени” какая-то рука делала уже своё недоброе дело...

Газетная кампания не предвещала ничего доброго. Она разрасталась всё больше и больше, и как это ни странно, вопрос о Распутине невольно сделался центральным вопросом ближайшего будущего и не сходит со сцены почти за всё время моего председательства в Совете министров...”

Большая группа депутатов, преимущественно левого толка, делает в

Государственной думе запрос правительству по поводу Распутина. Дело становится известным по всей России, так как бездоказательная статья в газете “Голос Москвы” за подписью того же Новоселова, за которую номер был конфискован, полностью приводится в тексте запроса: соответственно она попала в стенографические отчеты заседания Государственной думы и была опубликована во многих газетах. В ней, в частности, говорилось: “Почему молчат епископы, которым хорошо известна деятельность наглого обманщика и растлителя? Почему молчат и стражи Израилевы, когда в письмах ко мне некоторые из них откровенно называют этого лжеучителя - лжехлыстом, эротоманом, шарлатаном? Где Его Святейшество, если он по нерадению или малодушию не блюдет чистоты веры Церкви Божией и попускает развратного хлыста творить дело тьмы под личиной света? Где его правящая десница, если он пальцем не хочет шевельнуть, чтобы низвергнуть дерзкого растлителя и еретика из ограды церковной? Быть может, ему недостаточно известна деятельность Григория Распутина? В таком случае прошу прощения за негодующи дерзновенные слова и почтительнейше прошу меня вызвать в высшее церковное учреждение для представления данных, доказывающих истину моей оценки хлыстовского обольстителя”. И в подтверждение - та же куцая брошюрка с голословными обвинениями.

То, что кампания была организована деятелями масонства, свидетельствуют следующие факты. Во-первых, газета “Голос Москвы” издавалась на средства группы московских промышленников во главе с масоном

А.И. Гучковым, а её редактором был родной брат масона Ф.И. Гучков.

Во-вторых, инициатором запроса в Государственной думе был тот же

Гучков, а по вопросу о спешности запроса выступали Гучков и другой видный масон В.Н. Львов.

Если бы депутаты Государственной думы повнимательней и непредубежденно ознакомились бы с фактической стороной доказательств обвинений, выдвигаемых против Распутина, то сразу бы поняли, что они не стоят и выеденного яйца.

Но организаторы намеренно торопились, и запрос был принят безо всякой предварительной проработки.

Председатель Государственной думы Родзянко подготавливает доклад для царя, в котором он излагает все известные ему “факты”, представленные

Гучковым, Новоселовым и некоторыми другими лицами.

Перед встречей с царем Родзянко показывает эти материалы вдовствующей императрице Марии Федоровне, которая поддерживает его, отражая в этом интересы значительной части царской фамилии, не понимая, что тем самым готовит ловушку для собственного сына.

26 февраля 1912 года Родзянко делает доклад царю: “Ваше Величество, присутствие при дворе в интимной его обстановке человека столь опороченного, развратного и грязного, представляет из себя небывалое явление в истории русского царствования. Влияние, которое он оказывает на церковные и государственные дела, внушает немалую тревогу решительно во всех слоях общества. В защиту этого проходимца выставляется весь государственный аппарат, начиная с министров и кончая низшими чинами охранной полиции. Распутин - оружие в руках врагов России, которые через него подкапываются под церковь и монархию. Никакая революционная пропаганда не могла бы сделать того, что делает присутствие Распутина. Всех пугает близость его к царской семье. Это волнует умы”.

- Но отчего же такие нападки на Распутина? - перебил “речь” Родзянко царь. - Отчего его считают вредным?

Родзянко, ссылаясь на публикацию в газетах и на разные слухи, сообщил царю, что Распутин влияет на перемещение церковных иерархов. Способствовал смещению епископов Гермогена, Феофана, Антония, иеромонаха Илиодора. Все знают, что Распутин хлыст и ходит с женщинами в баню.

Родзянко зачитывает царю несколько писем.

Царь внимательно слушает.

- Вот письмо одного сибирского священника, - говорит царю Родзянко, - в котором он умоляет довести до сведения начальства о поведении Распутина, о развратной его жизни и о том, какие слухи он распространяет о своем значении в Петербурге и при дворе (зачитывает его).

Вот письмо, в котором одна барыня кается, что Распутин её совратил, нравственно изуродовал, отшатнулась от него, покаялась, и после этого она вдруг видит, что Распутин выходит из бани с её двумя дочерьми. Жена инженера Л. тоже увлеклась этим учением. Она сошла с ума и теперь ещё в сумасшедшем доме. Поверьте, Ваше Величество.

- Но отчего вы думаете, что он хлыст?

- Ваше Величество, прочтите брошюру Новоселова. Он специально занялся этим вопросом. Там есть указание на то, что Распутина судили за хлыстовство, но дело почему-то было прекращено. Кроме того, известно, что радения приверженца Распутина происходили на квартире Сазонова, где

Распутин жил.

Родзянко обманывал царя. Письма, которые он ему зачитал, при проверке оказались выдумкой, и сам Родзянко их никогда больше не использовал.

Посещение бань с женщинами подтверждалось только предположениями полицейских агентов, которые следили за Распутиным. Григорий Ефимович действительно часто посещал баню, иногда его сопровождали и женщины, но в любой бане есть мужские и женские отделения, а не только семейные номера.

Несмотря на все старания, полицейским агентам не удалось получить показания банщиков, что Распутин мылся с женщинами в одном помещении. А ведь для этого у полицейских агентов были все возможности, включая денежные фонды полиции.

Родзянко обманывает царя своим утверждением, что Распутине, судили за хлыстовство. Дело до суда не могло быть доведено из-за отсутствия, так сказать, состава преступления. Выдумкой оказывается факт о проведении хлыстовских радений на квартире издателя журнала “Экономия России”

Сазонова. Ни Родзянко, ни полиция этот факт больше не используют, так как не имеют никаких доказательств, кроме беспочвенных домыслов и слухов.

Это вскроется позже, а пока царь дает Родзянко поручение произвести расследование по делу Распутина. Он получает возможность изучить то самое тобольское дело о хлыстовстве и целый ряд других документов, позволявших сделать вывод о том, что кампания против Распутина намеренно сфабрикована.

Но Родзянко не интересует истина. Запряженный в колесницу своих политических устремлений, он продолжает намеренно искажать факты. Вот как, например, он представляет уже известное нам дело о принадлежности Распутина к секте хлыстов. Миссионер Тобольской епархии “представил обширный доклад, изобилующий документальными данными, сделал обыск в квартире Распутина, произвёл несколько выемок вещественных доказательств и раскрыл много бывших неясными обстоятельств, несомненно изобличающих принадлежность Распутина к хлыстовству. Некоторые из этих подробностей, указанных в докладе, были до того безнравственны и противны, что без отвращения нельзя было их читать”.

Так намеренно производится шельмование неугодного человека, создается миф о

Распутине.

Однако царь параллельно с Родзянко поручает разобраться в деле

Распутина и другим, более честным, людям, а также сам затребовал и изучил обвинительные материалы. В результате царь, всегда доверявший Родзянко, после этого стал относиться к нему холоднее и даже некоторое время отказывался его принимать. Это недоверие к нему он сохранил до конца своих дней.

При дворе оружием враждебных Распутину сил стала фрейлина царицы София

Ивановна Тютчева, тесно связанная с окружением Великого князя Николая

Николаевича. Тютчева собирает о Распутине компрометирующие материалы

(слухи, “одна дама сказала”) и передает их царице, которая, проверив их, убеждается в их вымышленности.

Фрейлина Тютчева с удивительной настойчивостью продолжает распускать слухи о том, что Распутин чуть ли не ежедневно бывает во дворце, купает

Великих княжон. Дошло до того, что царь был вынужден пригласить Тютчеву к себе и сделать ей внушение.

Однако и после беседы с царем Тютчева продолжала распускать слухи и интриговать. Как рассказывает Вырубова, “она бегала жаловаться семье Её

Величества на неё же. Она повлияла на фрейлину княжну Оболенскую, которая ушла от Государыни, несмотря на то, что служила много лет и была ей предана. В детской она перессорила нянь, так что Её Величество, которая жила с детьми, избегала ходить наверх, чтобы не встречаться с надутыми лицами. Когда Великие княжны стали жаловаться, что она восстанавливает их против матери, Её Величество решила с ней расстаться (это произошло в 1912 г.). В глазах московского общества Тютчева прослыла “жертвой Распутина”, в самом же деле все нелепые выдумки шли от неё, и она сама была главной виновницей чудовищных сплетен на семью их Величеств”.

В те же годы распространяются слухи, что Распутин соблазнил нянюшку царских детей М.И. Вишнякову. Распускается сплетня, что в этом она якобы каялась своему духовному отцу, признавалась, что ходила со своим соблазнителем в баню, но потом одумалась, поняла своей грех и во всём призналась царице. Разбирательство этого дела, проведенное по приказанию царя, показало, что речь идёт о больном воображении психически неуравновешенного человека. При допросе она не подтвердила фактом ни интимной связи с Распутиным, ни хождения с ним в баню, зато рассказала, что слышала о его якобы безнравственном поведении от других лиц. В Центральном государственном архиве РФ сохранилась её маленькая записочка, в которой она перечисляла лиц, якобы соблазненных Распутиным (Решетникова в Москве

(семидесятилетняя старуха) и баронесса Врангель в Ялте). В конце концов её отправили на лечение.

Как подавалось в высших придворных сферах дело Распутина, можно судить по секретному донесению, хранящемуся ныне в Центральном государственном архиве. Донесение напечатано на хорошей бумаге, написано обтекаемым языком, рассчитанным на деликатную публику (избегаются резкие выражения, скабрезности передаются эзоповым языком), датировано февралём 1912 года.

“По кулуарным слухам, - сообщается в донесении, - история Григория

Распутина представляется к данному моменту в следующей схеме: значение

Распутина двояко, оно заключается, во-первых, в политическом влиянии на

Государыню.

Политические учения Распутина изложены в его сочинении, посвященном киевским торжествам, где проводится мысль о государстве как полном народовластии, “единственным выразителем которого является царь, представляющий собой наиболее совершенное выражение народного разума, народной совести и народной воли”.

По мнению “секретного доносителя”, это учение принадлежит не самому

Распутину, а приготовлено для него “Союзом русского народа”.

“Секретный доноситель” сообщает о якобы покровительстве Распутина со стороны графа Витте, в последнее время весьма стремящегося к примирению с

“Союзом русского народа”, что, по мнению правых членов Думы, “возможно, хотя и трудно”.

Влияние Распутина на Императрицу, по мнению “доносителя”, можно понять, прочитав трактат Блаженного Августина “О граде Божием”, в котором грехопадение трактуется как нарушение гармонии между духовным и физиологическим. Свою теорию восстановления гармонии между духовным и физиологическим началами человеческой природы Распутин осуществляет столь изощрёнными способами, что многие из жертв добросовестно заблуждаются в истинном значении производимых над ними манипуляций (намёк на “развратное” поведение Распутина, хождения с женщинами в баню).

При дворе идёт борьба двух империатриц. Против Распутина выступает вдовствующая императрица с генералом Дедюлиным, которая стала побеждать, чему способствовала жалоба горничной государыни Вишняковой, которую

Распутин якобы хотел соблазнить.

“Доноситель” сообщает подробности отъезда Распутина в Тобольск. На вокзале его провожали Вырубова и Пистолькорс, а перед самым отправлением поезда лейб-казак привез Распутину из царского дворца букет белых роз.

Распутин беседовал с сотрудником газеты “Новое время” и якобы сказал ему, что едет в Тобольск за дочерью, которую Государь обещал воспитать вместе с

Великими княжнами (чистой воды вымысел газетчика), а затем вместе с царской семьей поедет в Крым.

“Доноситель” зловеще заявляет, что “последнее слово по распутинской эпопее будет сказано именно в Крыму, вдали от Правительства и от русского общества и его представителей”. Нет ли здесь намека на готовящееся покушение, которое хотел организовать ялтинский градоначальник Думбадзе? Во всяком случае, совпадение поразительное!

В конце 1911 года Гермоген и Илиодор в присутствии ещё нескольких лиц пытаются по-свойски разделаться с Распутиным. По рассказам участников этой истории, Гермоген пригласил к себе Распутина и заявил ему:

“Ты обманщик и лицемер, ты изображаешь из себя святого старца, а жизнь твоя нечестна и грязна. Ты меня обошёл, а теперь я вижу, какой ты есть на самом деле, и вижу, что на мне лежит грех - приближения тебя к царской семье. Ты позоришь её своим присутствием, своим поведением и своими рассказами, ты порочишь имя Царицы, ты осмеливаешься своими недостойными руками прикасаться к её священной особе. Это нельзя терпеть дальше. Я заклинаю тебя именем Бога живого исчезнуть и не волновать русского люду своим присутствием при царском дворе”. После этих слов Распутин высказал резкое несогласие с несправедливыми выпадами и выводами в свой адрес. Тогда

Илиодор, келейник Гермогена и ещё один участник встречи кинулись его избивать.

Слежка за Распутиным была заведена ещё при Столыпине. Тогда её организовал П.Г. Курлов. Однако делалось это очень незаметно, сверхсекретно.

После известной речи Гучкова и депутатского запроса в Государственной думе, выступления с клеветническими обвинениями в адрес Распутина царь приказывает принять меры к охране его жизни. Дается соответствующий приказ министру внутренних дел А.А. Макарову.

Но под предлогом охраны враждебно настроенные к Распутину чиновники разрабатывают систему слежки за всей жизнью и деятельностью Распутина, стремясь всеми возможными способами найти в ней криминал, не гнушаясь идти даже на обман и фальсификацию. На первых порах подобный подход был задан

А.А. Макаровым. Позднее, при министре Маклакове Н.А., - масоном

Джунковским, который, по словам Белецкого, “с первых своих шагов... относился к нему отрицательно демонстративно”.

Как показал на допросе чрезвычайной комиссии Временного правительства

Белецкий, и это подтверждается другими показаниями, был выработан план, сводившийся к командированию развитых и конспиративных филеров, которым было поручено, кроме охраны Распутина, тщательно наблюдать за его жизнью, вести подробный дневник, на основании которого составлялись сводки обзора.

В Покровское был командирован филер на постоянное жительство, но не для охраны, а для всестороннего шпионажа.

Причем с самого начала у полиции возникли трудности.

Прикомандированные к Распутину агенты для охраны сошлись с ним довольно близко, вели разговоры, пили чай, читали ему газеты и тенденциозный компромат на него давать, судя по всему, отказывались. Из показаний

Белецкого видно, что этим агентам в плане сбора сведений они не доверяли.

Местной агентуры в Покровском завести не удалось. Как пишет Белецкий,

“служащий элемент, поставленный Распутиным, держался им и мог бы ему передать и специальные наблюдения за ним, а правительство местное жило с ним в хороших, добросовестных отношениях, и он многое сделал для своего селения”.

Сведения о Распутине в письменной форме представляли министрам и их заместителям. С самого начала большой интерес к этим сведениям проявлял председатель Совета министров (1911 - 1914 гг.) В.Н. Коковцов.

Полиция использует самые недозволенные приёмы. Министр внутренних дел

Макаров, получив в руки несколько писем Царицы Распутину, пытается сыграть на этом и дискредитировать его в глазах царской семьи. Письма были украдены у Распутина и вложены в руки Илиодора некими Каробовичем из Вильно и

Замысловским.

То есть Илиодор здесь был использован для интриги против Распутина. Но такое грубое вмешательство в личную сферу царской семьи вызвало крайне отрицательную реакцию с её стороны и, естественно, окончилось отставкой

Макарова.

За спиной этих людей стоял тот же масон Гучков А.И. Бывший глава правительства России Коковцов В.Н. пишет об этом:

“Особенное обострение получил этот вопрос (о влиянии Распутина на царя) в связи с именем Гучкова А.И. В начале декабря или в конце ноября

(1912 г.) стали распространяться по городу отпечатанные на гектографе копии

4-х или 5-ти писем - одно императрицы Александры Федоровны, остальные от

Великих княжон, к Распутину. Все эти письма относились к 1910 или 1909 году, и содержание их, и в особенности отдельные места и выражения из письма императрицы, составляющие, в сущности, проявление её мистического настроения, давали повод к самым возмутительным пересудам”.

Когда о Распутине поползли слухи как о хлысте и некоторые доверчивые люди стали остерегаться знакомства с ним, царская чета, по-видимому, по совету вдовствующей императрицы посылает на родину Григория своего ближайшего друга Анну Вырубову “посмотреть, как он живет у себя” Вырубова поехала не одна, а ещё с тремя дамами и своей горничной. Из Петербурга поездом до Тюмени. Там их уже встречал Распутин на тарантасе, запряженном сильными лошадьми, и повез их по пыльной дороге 80 вёрст до села

Покровского. Вырубову поражала зажиточность сибирских крестьян. У многих были двухэтажные дома, довольно много земли, крепкое хозяйство.

В последние годы Распутин купил и перестроил двухэтажный дом, скромно украшенный резными наличниками и балясинами, как это принято в Сибири. Дом был достаточно вместителен. Несколько комнат на первом этаже, несколько комнат на втором. Сам Григорий жил на втором, эти же комнаты отводились почетным гостям. Семья и работники жили на первом этаже. Кроме того, во дворе главного дома стоял ещё один старый одноэтажный домик, в котором жил отец Распутина.

Второй этаж главного дома был хорошо, по крестьянским меркам отделан: цветные обои, расписанные потолки, дорогие иконы и царские портреты (и те, и другие - все подарки). Зашторенные окна, кресла, диван, большой стол, за которым собирались гости. В гостиной висело жутковатое изображение страшного суда Господня, так, как оно часто изображается на западной стене русских церквей со всеми муками ада для грешников.

В этот дом и приехала Вырубова.

“Встретила нас, - пишет она, - его жена - симпатичная пожилая женщина, трое детей, две немолодые девушки-работницы и дедушка-рыбак. Все три ночи мы, гости, спали в довольно большой комнате наверху, на тюфяках, которые расстилали на полу. В углу было несколько больших икон, перед которыми теплились лампады. Внизу, в длинной тёмной комнате, с большим столом и лавками по стенам обедали; там была огромная икона Казанской Божьей Матери, которую они считали чудотворной. Вечером перед ней собирались вся семья и

“братья” (так называли четырех других мужиков-рыбаков), все вместе пели молитвы и каноны.

Водили нас на берег реки, где неводами ловили массу рыбы и тут же, ещё живую и трепетавшую, чистили и варили из неё уху; пока ловили рыбу, все время пели псалмы и молитвы. Ходили в гости в семьи “братьев”. Везде сибирское угощение: белые булки с изюмом и вареньем, кедровые орехи и пироги с рыбой. Крестьяне относились к гостям Распутина с любопытством, к нему же безразлично, а священники враждебно. Был Успенский пост, молока и молочного в этот раз нигде не ели; Григорий Ефимович никогда ни мяса, ни молочного не ел. По возвращении я рассказывала всё, что видела”.

В 1912 году против Распутина пытаются сфабриковать ещё одно дело о хлыстовстве.

Содержание этого дела передают воспоминания семинариста, учившегося в

Тобольской семинарии в 1907-1913 годах, некоего М.В. Андреева. В 1913 году он был семинаристом выпускного курса, на котором вел занятия некто священник Юрьевский. И вот однажды этот Юрьевский пришел к семинаристам очень расстроенный и начал жаловаться, что Владыко Алексий бросил в горящую печь его трехмесячный труд о Распутине, выполненный им по заказу епископа

Евсевия.

Юрьевский пересказывает семинаристам свой доклад, содержащий откровенно фантастические сведения. 30 молодых людей, затаив дыхание ловят каждое его слово.

Начал он с того, что Распутин был конокрадом, его поймали, избили и только после этого он стал ходить по богомольям. Легко опровергаемая ложь, ибо если бы этот факт действительно был, его бы использовали ещё в деле

1907 года, но ни один недоброжелатель об этом не сказал, а на селе такие вещи не забываются. Нет ни одного документа, который хотя бы косвенно говорил о конокрадстве Распутина.

Более того, в 1915 году, когда слухи о “конокрадстве” Распутина стали распространяться ещё шире и “Сибирская торговая газета” напечатала об этом информацию, редакция получила от Распутина такую телеграмму:

“Тюмень, редактору Крылову. Немедленно докажи, где, когда, у кого я воровал лошадей, как напечатано в твоей газете; ты очень осведомлён; жду ответа три дня; если не ответишь, я знаю, кому жаловаться и с кем говорить.

Распутин” Через некоторое время газета напечатала опровержение о том, что не имеет доказательств обвинения Распутина в конокрадстве (но очень мелким шрифтом и мало понятным языком).

“Странствовал Распутин вместе с Варнавой года три, а впоследствии он сделал его епископом”, - продолжал свой рассказ Юрьевский. Это тоже выдумка, легко опровержимая, так как Распутин познакомился с Варнавой, когда тот был уже в высоком духовном чине настоятеля монастыря.

Далее Юрьевский рассказывает семинаристам настоящие скабрезности, фантастические детали, не имеющие никакой документальной основы.

Кто был заказчиком этой истории - сегодня мы можем только предполагать. Но одно определенно ясно: она сильно способствовала развитию мифа о Распутине, внеся в него множество новых, неприличных деталей, ставших объектом самого широкого обсуждения. Следующим шагом в развитии этого мифа был переход от приписывания Распутину разврата на религиозной

(хлыстовской) основе к разврату бытовому. Но это стали делать уже позднее, после 1914 года. Общественное сознание должно было привыкнуть к чудовищным деталям неслыханного разврата.

Можно понять реакцию Владыки Алексия на эти фантастические выдумки.

Внимательно изучив их, собрав достоверные сведения и даже сам выехав на место, Владыко Алексий убедился, что доклад Юрьевского носит чисто клеветнический характер.

И когда Юрьевский пришёл к епископу Алексию, тот ему спокойно сказал:

“А я, батюшка, тобой сочиненное дело в печь бросил, и оно сгорело”.

Чтобы прекратить клеветнические слухи, Алексий лично взялся за это дело, изучил материалы, затребовал сведения от причта Покровской церкви, неоднократно беседовал с самим Распутиным. По результатам этого нового расследования было подготовлено заключение Тобольской духовной консистории, разосланное многим высокопоставленным лицам и некоторым депутатам

Государственной думы.

Вот это заключение:

“Заключение Тобольской духовной консистории о принадлежности Распутина к секте хлыстов. 29 ноября 1912 г.

По вопросу о принадлежности крестьянина слободы Покровской Тюменского уезда Тобольской губ. Григория Распутина-Новаго к секте хлыстов.

Преосвященный Алексий Епископ Тобольский, ныне почивший Экзарх Грузии, основательно изучил следственное дело о Григории Новом. Проезжая по

Тюменскому уезду для обозрения церквей епархии, он останавливался в слободе

Покровской и подолгу здесь беседовал с кр. Григорием Новым о предметах его веры и упования, разговаривал о нём с людьми его хорошо знающими дал ему возможность быть дважды у себя в Тобольске и здесь испытывал его религиозные убеждения. Из всего вышеуказанного Преосвященный Алексий вынес впечатление, что дело о принадлежности крестьянина Григория Распутина-

Новаго к секте хлыстов возбуждено в своё время без достаточных к тому оснований и со своей стороны считает крестьянина Григория Новаго православным христианином, человеком очень умным, духовно настроенным, ищущим правды Христовой, могущим подавать при случае добрый совет тому, кто в нём нуждается.

В дополнении к своим личным впечатлениям по сему делу Преосвященный

Алексий предложил причту слободы Покровской церкви доставить ему точные, подробные и верные сведения о жизни, деятельности и учении кр. Григория

Новаго. Причт донёс, что ни в обстановке - домашней и усадебной, ни в образе жизни крестьянина Григория Новаго и его семьи ему, причту, не приходилось наблюдать, видеть и слышать что-либо такое, что указывало бы на принадлежность крестьянина Григория Новаго к хлыстовству. По донесению того же причта, Григорий Новый заботится о своём приходском храме. Так, он пожертвовал 500 рублей на построение храма в слободе Покровской, пожертвовал в приходский храм серебряный, 84% золочёный напрестольный крест, четыре серебряных вызолоченных лампады и приложил к чтимой иконе

Спасителя массивный настольный золотой крест.

Передав это донесение еп. Покровской притча Тобольской духовной консистории, он, с сообщения своих личных наблюдений и исследований о кр.

Григории Новом, в связи с новыми данными и доложил консистории, которая протокольным определением от 29 ноября 1912 года постановила: “Принимая во внимание, что вопрос о принадлежности кр. слоб. Покровской Григория

Распутина-Новаго к секте хлыстов внимательно рассмотрен Его Преосвященством

Преосвященнейшим Алексием, Епископом Тобольским и Сибирским по данным следственного дела, на основании личного наблюдения кр. Григория Новаго и на основании сведений, полученных о нём от людей хорошо его знающих, и что по таким личным обследованиям этого дела Его Преосвященство считает кр.

Григория Распутина-Новаго православным христианином, человеком духовно настроенным и ищущим правды Христовой - дело о кр. ел. Покровской Григории

Распутине-Новом дальнейшим производством прекратить и причислить оконченным”. Такое определение консистории Преосвященным Алексием того же

29 ноября утверждено.

Заговор Распутина предполагалось убить в ночь с 16 на 17 декабря во дворце князя Юсупова. В заговоре также состоял великий князь Дмитрий Павлович, доктор Лазаверт, а также некий поручик С.

План их состоял в том, чтобы в час ночи, обойдя агентов полиции, которых Распутин по предварительной договоренности должен будет отпустить, привезти «старца» во дворец Юсупова под предлогом лечения жены князя, которой на самом деле вообще не было в Петербурге. Специально для его убийства подвальное помещение дворца было в очень короткие сроки оборудовано и обставлено под столовую, в которой Распутин должен был дождаться княгиню, которая якобы принимала гостей на верху. Дабы скрасить ожидание, князь предлагал ему «угоститься» пирожными и мадерой, заранее щедро «заправленные» цианистым калием. Затем тело его должны были завернуть в тряпку, подобно мумии, и сбросить его труп в одну из речек недалеко от Петрограда, заблаговременно.

привязав к нему гири, во избежание того, что тот может нечаянно всплыть, причем в самый не подходящий для этого момент. Заговорщики заранее объездили почти все реки и каналы в поисках подходящей проруби.

В ночь убийства

Наконец назначенный вечер настал. Подвальное помещение было изменено до неузнаваемости. Пуришкевич и великим князем постарались придать этому до помещению такой в его только что покинула небольшая компания, спугнутая появлением гостя. Наверху играл патефон. Все это было сделано для того, чтобы «жертва» не догадалась о планах заговорщиков.

Сначала все шло по намеченному плану. Распутин отпустил агентов охранки и благополучно приехал в сопровождении Феликса Юсупова, не замеченный никем. Всю прислугу, за исключением двух военных, стоявших на парадном входе отпустили. «Старец» прибывал в позитивном настроении, шутил, но не притрагивался ни к мадере, ни к еде. Битых пол часа князь пытался сделать что-либо для того, что бы заставить его съесть или выпить хоть что-нибудь, но это лишь осложнило задачу, потому что Распутин начинал высказывать свое недоверие Феликсу в том, что княгиня вообще в доме. Его настораживало то, что та, ради исцеления которой он приехал сюда, заставляет его так долго ждать.

В конце концов, поддавшись уговорам Юсупова, он начал поглощать пирожные и записать и мадерой, но с ним ровным счетом ничего не произошло. Результат был таким же и через четверть часа, хотя цианистый калий из тех ядов, которые действуют почти мгновенно. Беспокойство заговорщиков еще больше усилилось.

Немного посовещавшись, они решили, что, несмотря на всю рискованность, у них не оставалось иного выхода, кроме как застрелить «старца». Эту миссию взял на себя сам князь.

Не прошло и нескольких минут, как царский лампадник лежал на полу импровизированной столовой с пулей в груди.

Пуришкевич вспоминает об этом моменте в своем дневнике: «Он не был еще мертв, он агонизировал. Правой рукой своей прикрывал он оба глаза и до половины свой длинный, ноздреватый нос, левая рука его была вытянута вдоль тела; грудь его изредка высоко подымалась и тело подергивали судороги».

Все были совершенно уверены, что «серый кардинал» Российской империи доживает свои последние минуты. Как же они ошибались…

Примерно через четверть часа неизвестно как, но старец ожил. При его «воскрешении» присутствовал лишь Феликс Юсупов. Позже он говорил, что этот момент он не забудет никогда: «Спустившись в столовую, я застал Распутина на том же месте, я взял его руку, чтобы прощупать пульс, - мне показалось, что пульса не было, тогда я приложил ладонь к сердцу – оно не билось; но вдруг, можете себе представить мой ужас, Распутин медленно открывает во всю ширь один свой сатанинский глаз, вслед за сим, другой, впивается в меня своим взглядом

непередаваемого напряжения и ненависти и со словами: «Феликс! Феликс! Феликс!» вскакивает сразу с целью меня схватить. Я отскочил с поспешностью, с какой только мог, а что дальше было не помню»

А дальше было вот что: Распутин выбежал из дворца и попытался перелезть через закрытые ворота и все время повторял: «Феликс, Феликс, все скажу царице!». Владимир Митрофанович выбежал за ним и почти у самых ворот выстрелил ему в спину из своего «соважа». Позже, кровь Распутина на снегу Юсупов объяснял как кровь своей собаки, которую он пристрелил.

Тело «старца», как и планировалось, завернули в кусок ткани и выбросили в прорубь на Старой Неве, а его одежду сожгли.

Когда на одном из берегов Старой Невы нашли окоченелый труп «чудотворца» вид его действительно был ошеломляющим: его безумные глаза были широко открыты, а рука поднята для крестного знамени.

Вот так закончил свою жизнь, «святой черт», Григорий Ефимович Распутин.

9.После смерти «старца»

После смерти Распутина царь и царица были напуганы и растеряны. У них уже не было их Друга, советника, защитника и заступника перед лицом божьим. Они уже тогда чувствовали свою близкую гибель. Желая отдать последние почести отцу Григорию, царская семья, вопреки своему обыкновению, не поскупилась на погребение «старца»

Его забальзамированное тело был тайно погребено в одной из часовен Царского Села. В его гроб была положена икона, подписанная каждым членом царской семьи.

Один офицер, по фамилии Беляев, узнал об этой иконе, и для него было вполне ясно, что она могла бы стать очень ценной для собирателей редкостей, и решил похитить эту редкость.

Во время революции он осуществил свой план, и, приведя толпу революционеров к часовне, в которой покоился забальзамированный труп Распутина, под предлогом его уничтожения. Икону он забрал себе, а толпа была в полной уверенности, что он действовал в интересах революции.

Тело Распутина сожгли, что бы не оставлять места для паломничества его многочисленных поклонников.

Но, тем не менее, после уничтожения тела Распутина, на место сожжения приезжали женщины в экипажах и набирали землю в мешочки, что бы потом увезти ее с собой в эмиграцию…

III.Заключение

Русское дворянское общество к началу ХХ века представляло собой почти полностью морально разложившуюся группу людей. Они не знали чем бы себя занять и с головой уходили в любое модное новшество светской жизни

Когда Распутин пришел в Петербург и был впервые представлен свету в салоне очень эксцентричной дамы, графини Лопухиной уже было ясно, что он будет еще долгое время притягивать внимание светских дам и столичных скандальных хроник. Но никто тогда не мог даже предположить каких высот достигнет этот человек.

Он пользовался безмерным доверием и покровительством со стороны Царской четы. Нельзя сказать, что царь всегда послушно выполнял все, что говорил Распутин, но влияние его на царя было велико и по части назначений все зависело только лишь от решения «старца», а назначение министров в высших чиновников не такое уж и маловажное дело, тем более что все министры, им назначенные, были подчинены ему и никогда не проводили собственной политики.

Мы никогда не узнаем, каким образом ему удалось оказывать такое влияние на всю царскую семью, потому что ни в каких документах этого не прописано, а все воспоминания, и без того противоречащие друг другу, за последние годы подверглись нескольким редакциям и многочисленным нападкам со стороны писателей и публицистов.

Крестьяне любили его, потому что он был одним из них и уважали за то, что он оставил позади дворян и встал рядом с царским троном, часто решал многие вопросы в государстве. По этой же причине просвещенное дворянство его ненавидело. При такой полярности мнений чрезвычайно трудно составить мнение о человеке, умершем больше 80 лет назад…

Я считаю, что образ безумного, демонического «властителя судеб империи», навязанный книгами, фильмами и воспоминаниями людей, едва с ним знакомым, который сам по себе строился на газетных статьях и сплетен, опутавших весь Петербург, да и всю Россию, не является настоящим Распутиным.

По итогам этой работы у меня сложилось впечатление о Распутине, не как о демоне, но и не как о святом. В моих глазах он был обычным человеком, но с незаурядными способностями. Если бы не Распутин, наследник российского престола цесаревич Алексей умер бы задолго до 16 июля 1918 года. Он свято верил в свою причастность к Богу. Он видел человеческие слабости и использовал их, для достижения задуманного. У него были свои принципы, свои взгляды на жизнь, но, несмотря на огромную власть, сосредоточенную в руках его, но он не пользовался ей в корыстных целях.

IV.Библиография

1.М.К.Касвинов «23 ступени вниз» изд. «Мысль» 1987 Москва

2.Арон Симанович «Распутин и Евреи»

3.Из дневника В.М.Пуришкевича «Убийство Распутина» Москва СП

«Интерпринт» 1990

4.Н.Н.Евреинов «Тайна Распутина» изд. «Былое» 1924 Ленинград

5. «Новое время» 1912 №1290 «У Григория Распутина»

6. http://www.hrono.ru/libris/lib_p/rasput15.html

V. Приложение

Григорий Ефимович Распутин

Шествие, посвященное канонизации Распутина

С царской семьей

Показать полностью…
Похожие документы в приложении